Сладкий хлеб мачехи

Недовольно замычав, но так и не проснувшись, он неловко попытался перевернуться на другой бок, но она с силой встряхнула его за плечо:

— Павел! Ты слышишь меня? Вставай!

Приподняв голову и с трудом приоткрыв опухшие веки, он лишь вяло махнул в ее сторону рукой, пробормотал хрипло:

— Ой, отстань, а? Не видишь, мне плохо?

— Вставай, я сказала! Опять целый день пил… Когда это кончится, Павел? Что ты с собой делаешь? Что ты с нами, в конце концов, делаешь?

— Отстань! — повторил он хрипло и зло, прикрывая голову руками. — Ты на меня еще водой из чайника полей, как твоя тезка в кино… Я, между прочим, у себя дома нахожусь, а не где-нибудь…

— Павел, ну сколько можно! У тебя дела из рук вон плохо идут, а ты пьешь! Уже несколько дней подряд! Посмотри, на кого ты стал похож!

— Ну, и на кого, по-твоему, я стал похож?

Кряхтя, он опустил ноги на пол, с трудом привел себя в сидячее положение, мутным взглядом обвел батарею пустых бутылок на столе. Обнаружив в одной из них остатки пива, неверным движением поднес ее ко рту, принялся жадно и с шумом глотать. Бася, невольно передернувшись и вздохнув, сплела руки под грудью, горестно уставилась на Варю.

— Пап… Ты вообще-то в курсе, что у меня выпускной скоро? Ты же обещал денег на платье дать! — жалобно проныла Варя.

— Конечно, в курсе… — допив пиво и виновато икнув, с вялым стуком Павел поставил пустую бутылку на стол. — А только… Понимаешь ли, штука какая… Нет у меня денег, доча. Совсем нет. Такой вот у тебя отец негодяй, получается. Что, не любишь такого отца, да? Нету денег — нету любви?

— Ой, замолчи! Лучше уж молчи, ради бога! — с отчаянием качая головой, тихо проговорила Бася. — Сам-то хоть слышишь, что сейчас несешь? Как ты с дочерью разговариваешь?

— А как надо с ней разговаривать? Что я такого сказал? Если у нее одни только деньги на уме? А чтоб любить отца — так это извините, да? Все, все вы такие… И ты тоже… Ты же тоже меня не любишь, я знаю. Притворяешься только. Ты до сих пор этого своего любишь, от которого сбежала… А со мной живешь, потому что деться тебе некуда! Он тебя выставил, выбросил на улицу за ненадобностью, а ты до сих пор его любишь! Я знаю!

Дернувшись, как от удара, Бася молча развернулась, вышла из комнаты. Закрывшись в ванной, пустила холодную воду, плеснула себе в лицо пригоршню. Глубоко вздохнув, распрямилась, постояла минуту с закрытыми глазами, невольно прислушиваясь к долетающему сквозь дверь нервному диалогу из комнаты."

"— Нет, ты скажи, а за что тебя любить-то, папочка? — взвился на высокой ноте резкий Варин голос.