Двое папочек для дочки

***… Каждую весну в Китае распускались цветы сакуры, и в эту прекрасную пору широкие зелёные холмы становились округлыми, таились в логах низкорослые кустарники в цвету, вытягивали трели зарянки и камышовки, вдоль дорог тянулись залитые водой рисовые поля, да грядки — бледно-зелёный салат, кудрявая цветная капуста, серо-зелёные уродцы-артишоки. Коровы и козы лежали сонно в тени деревьев, и только к вечеру брели на пастбища. Налетавший после полудня ветер гнал по долине пыль, и она жёлтым туманом поднималась в небо, высоко-высоко, чуть ли не к вершинам гор, а в предвечернюю пору вода в глубоких заводях рек отливала кармином. В Китае весной было так невероятно красиво, и дурманяще пахло цветами. С тех пор меня тошнило от одной мысли про сакуру. Как жаль, что красивая сказка Лекса оказалась отравлена жестокой реальностью. Я тонула в океане удушающей боли, и даже Лексу было не под силу вытащить меня на землю…

Глава 107

Пятью часами ранее в квартире Вероники…

В комнате царила полутьма. Роскошная спальня, почти будуар — тяжелые шторы, надежно скрывающие солнечный свет, темно сиреневые бархатные подушки, разбросанные по полу, вперемешку с платьями. Небрежно смятое покрывало было задвинуто в угол. На туалетном столике белого дерева рассыпалась пудра, косметика теснилась, места ей явно было мало. На кровати, ничком лежала блондинка и листала журнал. Веронике было безумно скучно. Она успела пройтись по магазинам, позвонить подругам и позвать их вечером в клуб, поругаться с подругами, которые не захотели составить ей компанию. Телефон уныло молчал. Ночник рассеивал слабый свет по комнате. Вероника отшвырнула в угол журнал и подошла к зеркалу. Блестящая поверхность отражала высокую симпатичную девушку в соблазнительном атласном халатике с черно красными разводами. Светлые волосы до плеч на кончиках завивались в колечки, серые глаза смотрели слегка надменно. Девушка знающая себе цену.

Телефон ожил и завибрировал. Вероника сначала хотела проигнорировать его, но любопытство взяло верх. Незнакомый номер. Кто бы это мог быть?

— Алло?

— Привет. Узнала? — Низкий мужской голос в трубке. Вероника задрожала. Уж этот голос она узнала бы из тысячи!

— Нет. — Вероника решила поиграть с ним. Но зря.

— Нет, так нет. Я кладу трубку? — В голосе явно прозвучали нотки издевки.

— Дэм! — Вероника не выдержала и раскрыла себя. В ответ услышала смешок.

— Как это мило. Твоя догадливость не знает границ. Вероника, мы можем встретиться и поговорить?

— Да. Клуб трех шестерок в центре. Знаешь, где это? — Вероника психанула, назначая такое шумное и специфичное место. Этот клуб больше годился для тусовок, чем для задушевных разговоров. Но она не привыкла, чтобы ею вот так, откровенно пренебрегали в разговоре.

— Найду.