Двое папочек для дочки

Его неконтролируемые приступы ярости всегда повергали меня в ужас. — Откуда у Вероники все эти фото? Компромат на Алекса?

— Ее отец — юрист. И лично занят в этом деле. Но Вероника добралась до документов раньше отца и предложила мне сделку. — На этих словах мои губы изогнулись в горькой улыбке.

— О чем ты? — До Дэма так и не дошло. Дурак. Он и представить себе не мог, на что готовы униженные и влюбленные девушки. Мне даже было немного жаль Веронику.

— Она любит тебя, глупый. И предлагает сделку. Я должна уйти от тебя. Оставить тебя. И тогда вы с братом останетесь чистыми. А обвинения сфальсифицируют против твоего коллеги Макса. И повесят все, что сделал твой брат на невинного человека. Знаешь Дэм… решать конечно тебе, но подумай, сможешь ли ты с этим жить потом?

… сможешь ли ты жить без меня, милый? Жить — с Вероникой. Слезы внезапно кончились. Я не договорила эту фразу, но все было и так понятно.

— Господи. Нет. Умоляю, умолкни, Элли. — Я не узнавала Дэма в этих резких и отрывистых фразах. Он выглядел так, словно стоял перед эшафотом. Но держался, выпрямив спину, стиснув зубы. Лишь судорожно сжатые руки в кулаки выдавали на какой тонкой нити висит его самообладание. Я уже теряла его, но не могла не договорить, как бы сильно не болело мое сердце сейчас.

— Есть еще вариант. Ты можешь взять вину на себя, вместо брата. — Я почти выталкивала колкие слова, которые резали мне губы в кровь. — Тогда ты снова потеряешь меня… на долгие годы. Потому что, сядешь в тюрьму, Дэм. А брат… твой брат, как и в детстве выйдет сухим из воды. Как в той истории с Ксаной. Но ты же так не поступишь, верно? Ты же не поступишь так с нами? — Я не выдержала его долгого молчания и бросилась на него. Схватила руками за плечи, встряхивая, ударяя кулаками. Тщетно. Дэм, по-прежнему, молчал. По его лицу было заметно, что он в отчаянии. Сомнения разрывали его изнутри. Убивая меня вместе с ним…

— Что ты выберешь, Дэм? — Я отступила на шаг и потерла мокрое от дождя лицо ладонями. Волосы прилипли к шее. Пронзительно-желтый свет фонаря заливал бледное лицо Дэма. — Меня, или ее?

Глава 40

— Не знаю, слышишь? — Глухо простонал, отвернувшись, Дэм. — Я не знаю!

Я неверяще покачала головой. Неужели это происходит со мной? Я стою здесь, под проливным дождем, отдавая свое сердце тому, кому это не нужно. Своими сомнениями Дэм предает меня. Снова. Так же, как Лекс однажды испугавшись чувств ко мне, поспорил на меня. Лекс тогда выбрал не меня… А чертову вендетту с мафией, убившей его мать. История повторяется. Снова. Но уже с Дэмом.

— Если ты соврешь в суде, можешь мне больше не звонить. — Прошипела я, не в силах сдержаться. — А ты соврешь. По любому. Я же вижу. Ты уже сдался! Пусти меня!

Дэм покорно разжал руки, больше не глядя мне в глаза.