Двоедушник

Погорячился…"

"Ник, ты чего, обиделась, что ли? Ладно тебе, не уходи! Не уходи, пожалуйста, я обещаю больше о ней не рассказывать. Ник, останься. Не бросай меня здесь. Ник, Ника-а…

У меня, кроме тебя, никого нет.

Мукомольный завод Башкирова

– Вы меня не подождете? Нужно будет вернуться обратно.

– Долго? – Молодой, похожий на гопника таксист выглядел недовольным.

– Полчаса! – выдохнула Ника и растопырила пальцы: – Пять! Заплачу пять тысяч. Только дождитесь.

Неохотно кивнул. Она вышла, и черная «десятка» с треснутой фарой задним ходом откатилась на парковку под мост. Ника постаралась запомнить место.

Запустила пальцы в волосы, втянула голову в плечи и медленно побрела через дорогу с видом полного отчаянья.

Разве здесь вообще можно кого-нибудь найти?

Клуб выглядел безжизненным. Ни прожекторов, протыкающих лучами небо. Ни грохота музыки. Ни машин у входа. Выходной, наверное.

Неоновая вывеска, правда, сияла. Пафосно и неуместно.

VOLUCRIS. Только сейчас Ника поняла, что Ксюша косыми буквами на удивление точно изобразила шрифт.

Ксюша…

Ника с ненавистью посмотрела на здание.

Позади – абсолютно черный склон холма. Даже деревьев не различить. И еще эти здоровенные штуковины бывшего элеватора. Внутри что угодно можно спрятать – никто никогда не найдет.

Или кого угодно…

То и дело спотыкаясь о крупный гравий, Ника обошла громадину мукомольного цеха. Запрокинув голову, посмотрела на пристройку элеватора, пересчитала редкие узкие окна. Прошлой зимой отсюда сбросились две школьницы. Взобрались на самый верх по пожарной лестнице и спрыгнули, взявшись за руки. Ника не могла понять, насколько невыносимой должна быть жизнь, чтобы на такое решиться. Здесь даже внизу стоять страшно. Темно, безлюдно. Брошенное здание загораживает собою небо. Люди хоронят людей, но никто не догадался хоронить дома. Может, поэтому они, мертвые, мстят нам, живым?

Ника стряхнула накатившее оцепенение и побрела туда, где заметила свет, – к небольшой двухэтажной постройке за «мукомолкой». Едва ли младше своего соседа, оно, тем не менее, могло похвастаться новенькими пластиковыми окнами и дверью с кодовым замком.

Повезло – кто-то тусовался на улице. Дымил. Любовался видом.

Выбора не было. Ника подошла, хоть и боялась до ощущения пустоты в животе.

Пока мялась и подбирала слова, мужчина заговорил первым.

– Потеряла кого?

– Да, – ответила она и приблизилась смелее. Вроде бы нормальный дядька. С криком не набрасывается. – Своего друга. Он собирался в клуб, но не вернулся.

– Так нет никого, сама видишь. Закрыты сегодня. Хотя один какой-то бродил тут.

– Как он выглядел? – заволновалась Ника.

– Да в темноте-то не разберешь. Только в клуб он не пошел. Вон там, на пятачке покрутился, а потом развернулся, через ворота махнул – и в развалины.