Такие разные миры

Я открыла рот, чтобы еще кое-что спросить, но не успела и звука издать.

– А насчет фото… Как оказалось, до меня в раздевалке тебя застукал Чес. У него был фотоаппарат. Когда я направился к двери, они с Крис, хохоча, выскочили из раздевалки, и тогда я решил, что они просто там развлекались… Ну, как всегда. Ты понимаешь, о чем я.

Я постаралась не выдать смущения.

– Прости, – произнес Элиас, выждав пару секунд. – Они сказали, что подожгут ваш дом, если я не возьму на себя проступок с фотографиями. А потом я решил от них избавиться, но не мог ничего сказать тебе, чтобы случайно не выдать себя. Да и ты выкинула этот свой фокус в столовой…

Я с искренним сожалением посмотрела на него, вспомнив, что вылила на него свой горячий шоколад.

– Извини… Я просто считала тебя…

– Полным мудаком? – засмеялся он. – Ну, я таким и был всю жизнь. Ты ничуть не ошиблась.

Улыбка сама возникла у меня на губах, и Элиас улыбнулся в ответ, смотря на меня с такой нежностью, что у меня едва воздух не вышибло из легких.

– Так! Внимание!

Громкий голос зазвучал из динамиков. Я повернула голову к сцене, но Элиас почему-то по-прежнему глядел на меня.

– Вы не поверите, кто у нас тут сегодня! – почти завизжал ученик, который, судя по одежде, отвечал за организацию выпускного бала. – Подарок Ламии Уайт от нашего любимчика Элиаса Конли – группа Modern Talking!

Зал взорвался от криков и аплодисментов, а я изогнула брови в недоверии. Ведь все знают, что американцы предпочитали рок и такие группы, как Bon Jovi, Guns N Roses и U2, слушали Майкла Джексона или Мадонну. Я была одной из немногих, кто обожал Modern Talking[40].

Я стояла среди кричащих подростков и не могла поверить в то, что услышала. В растерянности я повернулась обратно к Элиасу, который все это время следил за моей реакцией. Он пожал плечами, будто был ни при чем, а тем временем в зале заиграла музыка. Одна из моих любимых песен одной из моих любимых групп.

Это была Cheri Cheri Lady, и пели ее настоящие Modern Talking!

От восторга мне хотелось пищать, точно как девчонки всего в паре метров от нас, которые подняли руки и уже тянули их к Томасу Андерсу, только потому, что он известен.

– Твой братец мне рассказал, – прокричал Элиас, – как безумно ты их любишь. Что хранишь плакаты с ними у себя в шкафчике дома. Признаюсь, я, как и другие американцы, не жалую исполнителей из других стран, но ради тебя договорился, чтобы они приехали.

Это был лучший подарок из когда-либо подаренных мне.

Элиас протянул мне карандаш, и я впервые с уверенностью взялась за противоположный край.

– I’ve been lonely too long, – вдруг стал подпевать он.

– Oh, I can’t be so strong! Take the chance for romance. Take my heart[41]…

Элиас вдруг потянул карандаш вверх, и я прокрутилась вокруг своей оси, словно мы танцевали какой-нибудь вальс. Я едва сдержала смех.