Такие разные миры

И они синхронно исчезли за углом.

Сперва я обомлела, потом потихоньку начала разгораться, точно пожар на автозаправке, где началась стрельба.

Кристина – вот имя моих бед. Нет Кристины – нет проблем. Но убить, к сожалению, не вариант – религия не позволяет, а вот поставить на место можно.

Преисполненная злостью, я вбежала на ступеньки и начала подниматься. Я понятия не имею, где эта дура находится, но ноги почему-то продолжали нести меня куда-то. И это «куда-то» быстро перестало быть тайной – я шла в столовую.

Из-за нее меня унизили не только перед всей школой, но еще и перед лицом моих родителей. Из-за нее глаза мамы впервые за долгое время намокли. Из-за нее папа разозлился так, что я его с трудом узнала.

Из-за нее все это. С самого первого дня.

Так дело дальше не пойдет ни в коем случае. Либо я молчу и глотаю все ее нападки, как жалкая серая мышка, либо даю отпор, и ни за что она больше меня не тронет.

Выбираю, разумеется, второй вариант. Он больше в моем стиле.

Я ворвалась в столовую, ощущая, как легко даются шаги. Многие обернулись ко мне, но не Кристина. Она и впрямь была здесь. Я угадала.

А еще тут были и Честер, и Элиас, и тот третий парень, Руф, кажется. Последнего я вижу намного реже, и, наверное, поэтому особой ненависти к нему не испытываю, хотя на вечеринке именно он потянул меня за хиджаб."

"Я прошла вперед, слушая свое сердце, – как громко и безотказно оно стучало о ребра, словно о мощный барабан. И в этих стуках слышались отдаленные голоса, твердящие, что сейчас я права на все сто процентов. Я слушала их до тех пор, пока не подошла к столу, за которым сидела Кристина. До тех пор, пока она наконец меня не заметила и не подняла голову.

– Что-то не так? – начала она, ухмыляясь.

Но ухмылялась она недолго. Я выхватила из рук Руфа стаканчик с мороженым. Конечно, грех так поступать с едой, но иного выбора у меня не было. Мороженое полетело на голову Кристины, как птичий помет, – прямо на ее идеально уложенные черные волосы. Я догадывалась, что потратила она на это кучу времени, пока собиралась утром в школу.

Оттого становилось лишь веселее и сладостнее на душе. Да!

В столовой наступила тишина. Почти. Кристина, визжа, как кот, которому наступили на хвост, вскочила с колен своего горячо любимого Честера, ужасно раздражаясь произошедшему. На остальных я внимания не обратила.

– В следующий раз, – начала я громко и четко, – когда решишь что-нибудь украсть, убедись, что вокруг нет тупиц, которые тебя сдадут. А еще лучше постарайся вообще больше ничего не красть.

Вокруг меня раздавались одни охи и ахи. Но это не было похоже на возгласы ужаса. На меня смотрели почти так же, как во дворе школы, когда я без труда повторила трюки Элиаса. В глазах было… восхищение.