Единственный...
Мне говорили держаться подальше от тебя. Утверждали, что ты слишком дикий, наглый и безбашенный, но я не послушалась и за это была уничтожена тобой. Вот только, время лечит. Я стану другой и для меня тебя больше не будет существовать.
Кириан остановил машину и вновь открыл для меня дверцу. Опять не трогал и ждал, пока я выйду. Гатис, увидев Агеластоса, дернулся, будто желал убежать, но окинул взглядом парней, которые окружали его и остался стоять на месте.
— Ну, привет, брат, — сказал Кириан Иерону, при этом, приподнимая один уголок губ в жутком оскале.
Глава 13 Потом
Несколько долгих секунд Иерон и Кириан неотрывно смотрели друг на друга и мне казалось, что в воздухе повисла та тяжесть, которая сильным давлением ощущалась даже физически. От этого становилось как-то не по себе. Мне вообще не нравилось это место.
— Можете уезжать, — сказал Кириан другим парням, при этом, все так же не отрывая жуткого взгляда от Гатиса.
— Мы можем остаться? — спросил парень стоявший правее. — Хотим посмотреть.
— Нет, — коротко ответил Агеластос."
"Они не стали спорить, хотя, судя по ним, парни все же хотели остаться. Но все же молча сели в машины и по одному уехали, объезжая джип Кириана. На это потребовалось некоторое время, но пока те парни покидали этот лес, ни Агеластос, ни Гатис, не сдвинулись с места. Кириан ждал, пока мы тут останемся одни.
— Ты серьезно? — спросил Гатис, когда последняя машина скрылась за деревьями. — Пойдешь против брата, из-за какой-то девчонки?
— Что за видео, о котором ты рассказывал Чаре? — Кириан не обратил внимания на вопросы Иерона. Сейчас Агеластос стоял положив ладони в карманы джинсов, но, не смотря на это, создавалось ощущение сильной угрозы. Гатис, наоборот, хоть и был напряжен, но казался полностью открытым.
— Неужели ты наконец-то называешь ее по имени, а не, как обычно, «Очкариком»? — Иерон приподнял бровь, после чего обернулся ко мне.
Гатис не договорил. Кириан ударил его в живот и Иерон упал на колени, прижав ладонь к ушибленному месту.
— Рот закрой, — Кириан оскалился. — Я говорил тебе не подходить к ней.
— Ревнуешь?.. Злишься, что я посмел сказать о том, что мог бы ее отыметь? — Гатис наконец-то мог хоть как-то дышать и в этот момент улыбнулся. — Не поверишь, Риан, но мои мысли куда грязнее. Хочешь услышать о них? О том, что я сейчас думаю о том, как раздеваю ее прямо тут. Задница у нее зачетная, но, уверен, грудь еще лучше. А еще губы.














