Его маленькая большая женщина (СИ)

Обхватил ее руками, запрокинул голову Одна рука с шеи плавно переместилась на грудь, сжала ее, прихватила сосок, Поля сглотнула. Нервная дрожь прошла волной по всему телу. И эту звенящую тишину взорвала трель телефона, лежащего тут же на столе.

— Да!

Совершенно спокойно, как и не было ничего. А Поля стоит в совершенной прострации, потерянная и ошарашенная. Булат выходит их кухни, а она еще долго не может отойти от происшедшего."

"Изучение возможностей кухонной техники отняло у Поли бОльшую часть дня, однако и результат не заставил себя ждать! На ужин девушка приготовила вполне приличное жаркое.

Чудо-робот-пылесос выполнил свою функцию на отлично, так что Полине осталось только протереть пыль и загрузить посудомойку. Остаток дня девушка провела за конспектами, усилием воли запретив себе думать о Булате, который практически сразу после того телефонного разговора ушел, не сказав, куда. Да и кто она, чтобы перед ней отчитываться?

Он вернулся домой уже около десяти. Совершенно вымотался в учебке, несмотря на воскресенье. О Полине он не вспоминал, некогда было. Поэтому даже напрягся немного, когда услышал в квартире посторонний шум.

Она вышла из душа в майке-алкоголичке и трикотажных шортах. Отдельные капельки воды блестели на пышной, ничем не скованной груди. Еще утром он с трудом держал себя в руках — сиськи у девчонки были, что надо, а трикотаж футболки после миллиона стирок настолько вытерся, что мало что скрывал. Булат мог поклясться, что разглядел даже оттенок ее сосков. И вот она, влажная, теплая после душа. Самое то, для снятия напряжения. Почему Булат так реагировал на стресс, он и сам не знал, но еще по молодости, после боев, ему просто жизненно необходим был секс. Кто как снимал напряжение на войне, кто пил, кто дурь курил, он же — трахался. Как кролик! В этот момент не имела значения ни внешность, ни возраст партнерши. Главное — погрузиться в податливое тело и двигаться, двигаться до конца. Не удивительно, что в роте он прослыл сексуальным террористом. Баб на его веку было множество. И вот сейчас эта девчонка. Молоко на губах не обсохло К чёрту все! Ей восемнадцать, даже по закону она вольна делать, что хочет!

Поля застыла под его взглядом.

— Там жаркое на плите, давайте разогрею, — затараторила, пытаясь проскользнуть мимо мужчины.

Он только отрицательно дернул головой, поймав ее за локоть.

— Потом.

И к себе в комнату, скорее раздеть, стащить этот балахон. Вот она Еще даже лучше, чем представлялось. Крепкие девичьи грудки безупречной формы. Задорно торчащие вверх. И его руки на ней. Вот так И первый поцелуй Влажный, откровенный. И потихоньку вниз, покусывая, посасывая. И вот они — сладкие, упругие под его губами. Рукой вниз, минуя аккуратную впадинку пупка, на крутые бедра, и обратно к развилке.