Его мишень

Вернее, сначала я увидела его стремительный кулак, врезающийся аккурат в и так поврежденную переносицу хама. Я снова вскрикнула и отскочила на два шага назад.

— Если ты еще раз распустишь свои клешни, я тебе, уроду, по очереди все пальцы сломаю. Сначала на этой руке…

Что раздалось первым: хруст мизинца Соболева или его отборный мат я не поняла, но от увиденной картины волосы на затылке встали дыбом.

Он сломал ему палец. Взял и сломал!

— Бойко! Святослав! Прекрати! Свят! Ты с ума сошел! — я схватила парня за куртку и изо всей силы потянула на себя. — Остановись немедленно!

Конечно, шум привлек внимание — двери ближайших аудиторий открылись.

— Что здесь происходит? — Эдуард Максимович поправил очки. — Ангелина Игнатовна, вам нужна помощь?

— Нет… Нет, все в порядке. Тут просто парни…

— Соболев поскользнулся на банановой кожуре, все ок, — подал голос Бойко, — вот, в медпункт сейчас его поведу, — и тряхнул корчащегося в агонии парня за плечо: — Соболь, больно? Вставай давай, ну ты че такой неуклюжий.

Преподаватель права недовольно качнул головой и скрылся в аудитории. Следом одна за другой закрылись другие двери.

— Ссука, я ж тебя урою, — прошипел поверженный, удерживая здоровой рукой поврежденную кисть. — Ты труп, Свят, ты знаешь это?

— Ага, — просто кивнул Бойко и обернулся на меня. Показалось, что он хочет что-то сказать, но говорить ничего не стал, просто ушел, словно ничего не произошло.

Я в ужасе перевела взгляд на Соболева. Он, конечно, тот еще… но чтобы пальцы ломать…

— Ну ты как? Тебя в медпункт проводить?

— Сам дойду, — сплюнул парень и тоже ушел, оставив меня приходить в себя в гордом одиночестве.

***Вечером у меня было занятие с Лилей, на которое я шла не со слишком большой охотой. Увиденная утром картина — она в автомобиле Бойко — почему-то оставила после себя неприятное послевкусие, и как бы я не пыталась оправдывать себя словами, что это все женская солидарность, заранее жаль девочку и прочее, я просто… как будто бы приревновала. Иррационально, глупо, совершенно неуместно, но факт оставался фактом.

— Завтра у меня днюха, знаете, сколько народу приглашено? Двадцать человек! Папенька с маменькой обещали ради этого срулить на дачу, а квартиру оставить мне, чтобы потусоваться как следует. Круто, да?

— Да, уверена, будет весело, — и, листая материал, не удержалась от вопроса: — А твой парень… он тоже будет?

— Конечно, пригласила его первым! Кстати, он бросил ту свою мымру и теперь мы официально встречаемся. Вот, — отодвинула ворот водолазки и продемонстрировала багровый кровоподтек. Затем хихикнула и покосилась на дверь. — Только между нами, отец убьет, если узнает.

Я ощутила, как кровь отлила от лица.

— То есть вы с ним все-таки…

— Не-ет, ничего не было.