Эхо первой любви

Сначала один декрет, потом другой, а там, глядишь, и пенсия. Руслан неохотно соглашался, а потом говорил, что сам он счастлив в браке, Митя тоже женится, так что надо срочно найти достойную невесту Максу.

Зиганшина умиляло, что его включили в этот круг. Его вообще многое что теперь умиляло.

В общем, прошлое казалось ему достойным, настоящее – счастливым и интересным, а будущее – безмятежным.

О Лене он почти забыл. Иногда только царапала мысль, что есть что-то неприятное, и приходилось делать над собой усилие и вспоминать, что же именно неприятное, что мешает отдаться абсолютному счастью.

"Почему-то чувство вины перед бывшей возлюбленной то и дело вскидывало голову. Он возражал себе, что ничего не знал, а вина ехидно шептала, что мог бы догадаться. Он же был с Леной, верил ей, и она никогда не обманывала его, почему же он сразу решил, что она предала его ради денег? Почему даже на секунду не подумал, что Лена стала жертвой обстоятельств? Почему не вспомнил о том, что она удивительно красивая женщина, а мужчины идут на многое, чтобы таких заполучить. Надо было, вернувшись из армии, не впадать в отчаяние, а искать с ней встречи, и как знать…

Впрочем, подобные мысли посещали его все реже и реже, поэтому он вздрогнул, когда дверь его кабинета без стука распахнулась и на пороге появилась Клавдия.

– Не могу сказать, что рад вашему визиту, – буркнул он, – но проходите, присаживайтесь.

Сегодня она была одета в джинсы и пуховик, но почему-то выглядела претенциозно даже в этом простом наряде. Девушка остановилась на пороге и пристально смотрела ему в глаза с выражением гнева и озабоченности.

Зиганшин привычно уже удивился, почему эта безусловно красивая девушка вызывает в нем тревогу и такое не имеющее названия ощущение, которое возникает, когда кто-то скребет вилкой по тарелке или точит под твоим ухом нож.

– Я хотела серьезно с вами поговорить, – сказала Клавдия отрывисто.

– Я вижу. Что ж, присаживайтесь и излагайте. Только если дело касается Елены Николаевны, то мы с ней взрослые люди и можем сами разобраться, без посредников.

– Вы уверены? – Клавдия так и не воспользовалась его приглашением сесть и теперь подошла слишком близко, так что пришлось быстро отступить и сесть за письменный стол, чтобы между ними образовалась хоть какая-нибудь материальная преграда.

– Думаю, да, – сказал Зиганшин осторожно.

– А мне кажется, вы многого не понимаете, а Елена слишком горда, чтобы вам объяснить!

Зиганшин вдохнул резкий запах ее духов и поморщился.

– Сядьте, пожалуйста, – сказал он.

Она опустилась на стул, который Зиганшин уже для нее выдвинул, но не утерпела и резким жестом швырнула свой роскошный портфель на приставной столик.

– Вы не понимаете, что пришлось пережить Елене! – выкрикнула Клавдия.