F20. Балансировать на грани

Поднимается и аккуратно протискивается к выходу. Катя тут же протягивает мне мобильный, на экране которого написано: «Так это правда? Вы с ним спите?» Я отрицательно качаю головой и растерянно пожимаю плечами, думая о том, что мы пока с ним не спим. А если быть до конца честной, то о том, каково это – спать с ним?

Фильм закончился минут через десять, и мы всей гурьбой забиваемся в небольшой ресторанчик развлекательного центра. Профессор с женой, кажется, не заметили нашего милого петтинга с их сыном. Они весело обсуждают с детишками меню, выпытывая у официантки подробности состава блюд, Катя с мужем спорят насчёт салатов, а я единственная не могу понять, почему никто не спрашивает, где Олег? Наконец, озвучиваю этот вопрос.

– Он принимает лекарства, – отвечает Николай Николаевич. – Скорее всего, приходит в себя в туалете.

– Приходит в себя? – переспрашиваю я.

– Да, в течение первых тридцати минут наступают сильная вялость и апатия, потом проходит.

– Так нужно пойти помочь ему! – Я подскакиваю со стула, думая о том, в каком из мужских туалетов может приходить в себя Олег.

– Да сиди ты, он в порядке. Он каждый день несколько раз через это проходит, – включается в разговор Катя.

– А ему обязательно принимать эти таблетки?

– Обязательно, – вздыхает профессор, – иначе болезнь начинает прогрессировать. И вообще, раз уж мы коснулись этой темы, – он кладёт руку поверх ладони своей жены. Инна Викторовна, видимо, хотела его перебить или одёрнуть. Женщина покорно закрывает рот, опускает глаза. – Очень удивлён, что ты доверяешь ему столь ответственную работу. Я люблю своего сына, но не могу не признавать очевидного. Он мыслит намного медленнее обычного среднестатистического человека.

– Я знаю его способности. Скоро год, как он работает под моим руководством. И я бы не сказала, что у меня накопилось много претензий. Конечно, ему ещё учиться и учиться, но ребята помогают. Думаю, вы зря списываете его.

– Мне просто не хотелось бы, чтобы твой бизнес пострадал из-за его ошибки, в которой его нельзя будет обвинить. Ты понимаешь, о чём я? Работа Олега – целиком и полностью твоя ответственность, никто не может за него поручиться, да и он сам не может.

– Я понимаю все риски, я перепроверяю качество выполненных им заданий. Но мне кажется, с тех пор как он устроился к нам, ему становится лучше.

Глаза Кати, сверлившие во мне дыру в течение всего вечера, снова округляются. Видимо, она подумала о том, что я не увольняю её брата исключительно из личной симпатии. Потому что мне нравится спать с ним. Похоже, эта мысль посетила нас обеих одновременно – мы обе отвели глаза."

"Олег действительно появляется минут через десять, садится на углу стола, открывает меню.