Это снова ты
ДОЛГОЖДАННАЯ НОВИНКА ОТ АЛЕКС ХИЛЛ, АВТОРА КНИЖНЫХ ХИТОВ «ПЕРЕДРУЖБА. НЕДООТНОШЕНИЯ» И «МЕТОД КНИЖНОЙ ГЕРОИНИ»!– Тише. Полегче. Ты же не хочешь меня убить?– От поцелуев не умирают.– Скажи это Шекспиру.Ксюша Морева отправляется в Ростов-на-Дону проходить университетскую практику с бодрым настроем на веселое приключение, но с самого начала все идет наперекосяк. За глупости приходится платить, и вот Ксюша вместо того, чтобы куролесить с одногруппницей, отправляется под надзор лучшего друга своего старшего брата. Дима Зимин – ее первая любовь, предел мечтаний, но все в прошлом. Она выросла и давно отпустила детские фантазии, правда, кое-что не дает ей покоя.Почему образ плюшевого мишки, на которого всегда можно было положиться, трещит по швам? Что случилось с ее защитником и вечным сообщником?И отчего же, глядя на него, губы шепчут: «Это снова ты…»?Второй шанс для первой любви, друг старшего брата, стекло, драма, здоровые отношения. Шикарный слог автора, яркие персонажи, безупречное художественное оформление влюбят в себя каждого. «Это снова ты» – искренняя история о том, что любовь может спасти любого.«Я влюбилась в этот роман с первой строчки. Он о безусловной любви и принятии. О том, как сложно усмирить демонов прошлого. История Димы и Ксюши похожа на море с бурями, грозами и тайнами, но однажды в нем наступает штиль, в котором находишь спокойствие, умиротворение и тепло». – Маша, книжный блогер ТГ ХИЖИНА ЕЖА | MS. HEDGEHOGАлекс Хилл – потрясающий автор молодежной прозы, чей тираж перевалил уже за отметку 350 тысяч проданных экземпляров.Читать в серии: «Передружба. Недоотношения», «Передружба. Второй шанс», «Передружба. Поймать свободу», «Худшие подруги», «Она мне не сестра», «Метод книжной героини», «Она любит плохих парней», «После тебя только пепел», «Найди пять отличий», «Это всегда был он», «Риша решает!», «Почему нет?», «Без любви не считается».Для поклонников историй Аси Лавринович, Анны Джейн, К.О.В.Ш., Эмилии Грин.
Дима ерзает в кресле, передергивает плечами и морщит губы, словно то, что я сказала, никак в нем не уместится. Он опустошает свой стакан, колотый лед постукивает по стеклянным стенкам.
– Да-а-а, хорошо звучит. Так чистенько, мягенько, – с задавленным презрением говорит Зимин. – Подожди и попробуй снова. Не руби с плеча. Дай себе время. Доверься миру, доверься жизни. Будь стойким, дисциплинированным. Не опускай руки. Все к лучшему, ты только верь. А хочешь прям сильно честно, Ксю? Вот вообще без прикрас, увиливаний и прочей фигни?"
"С трудом сглатываю. Дима больше не смотрит на меня, но я и без того вижу, как он в очередной раз меняется, как его оболочка трещит по швам, очерченным набухшими венами на шее и руках.
– Только если ты сам хочешь мне об этом рассказать, – тихонько произношу я.
– Я пытался. Мно-о-ого раз. Смотрел на людей вокруг и думал: ну вот сейчас, и я так смогу. В школе старался нормально учиться, нашел друзей, начал играть в баскетбол.
С силой прижимаю костяшки пальцев к дрожащим губам, потому что сейчас вижу перед собой совсем другого Диму – того мальчишку, что раньше и правда частенько тусовался у нас дома, только теперь этот юный образ лишен искорки беззаботного веселья. Я знала, что отец Димы покончил с собой, но не догадывалась, что за обстановка была в его доме. Он никогда не упоминал об этом, не жаловался, вообще ничего не рассказывал. Воистину, чужая душа потемки.











