Этюд со смертельным исходом

Все имущество — запаянное в полиэтилен, а потому не тронутое водой удостоверение капитана милиции и бумажник с мокрыми деньгами — лежало на столе.

Виноградов физически ощутил, как на затылок и плечи давит накопившаяся усталость. Калейдоскоп: барахтанье в соленой темнеющей на глазах воде, свинцовый борт российского «сторожевика», короткий путь на базу — со спиртом и пьяными слезами, грудастая медичка, обследование в госпитале…

— Ты сам иди поспи. — Владимиру Александровичу был симпатичен умный и дотошный капитан третьего ранга Олег Неводник. Он знал, что «особисту» предстоит с утра опрашивать спасенных, будоражить агентуру по ту сторону перевала, рапортовать устно и письменно…

— Да куда же… — отмахнулся Олег, складывая карту и убирая в портфель пачку фотоснимков различных моделей вертолетов.

Туда же легла цветная таблица всевозможных эмблем и опознавательных знаков.

— Значит, тебя не упоминать?

— Если возможно.

— Опер оперу глаз не выклюет! — хохотнул офицер. За все время он ни разу не поинтересовался, каким ветром занесло на теплые моря милицейского сыщика из Северной Пальмиры, — будет нужно, сам расскажет.

Чувствовалась старая школа. — Устроим.

Вообще в последние дни Виноградову на хороших людей везло.

Если не считать, конечно, того гада с вертолета.

— Олег!

— А?

— Так кто это все-таки был?

— Кто… Я думаю — вардинцы, у них семь таких машин сейчас.

— Откуда?

— «Приватизировали», когда гвардейский полк выводили… У халкарских сепаратистов тоже вот вроде две единицы появились, хотя вряд ли, одну на прошлой неделе гадаевцы сбили — но это неточно.

— А эти-то где взяли?

— Где… может — купили, может — украли… Еще вот есть данные: из Восточной Германии — к «соседям», а потом своим ходом — или лётом — через границу…

— Бордель.

— А кто спорит?

— Вы уж того… разберитесь, а?

— Разберемся. И накажем. — Неводник сказал это так, что Виноградов сразу же поверил. — Не так — так эдак, понял?

— Там на катере… Человек сто было. Женщины. Дети… — Владимир Александрович почувствовал, что скатывается в истерику.

Под окном затормозила вызванная «особистом» машина.

— Пора! В аэропорт провожать не буду, но…

— Спасибо, Олег!

— Сочтемся…

Через десять минут, придержав дверцу готового тронуться «уазика», Неводник негромко сказал:

— У них нет своих пилотов.

Ни там, ни там. Это наши… бывшие наши. Наемники. Понял? Прощай! Их, когда ловят, не судят.

— Счастливой охоты, брат!

4

Управлению, например, для его правильного функционирования ни честность, ни доброта не нужны. Приятно, желательно, но отнюдь не обязательно. Как латынь. Как бицепсы для банщика. Как бицепсы для бухгалтера.

А. и Б. Стругацкие. «Улитка на склоне»Виноградову, можно сказать, повезло, его взяли прямо дома.