Фэнтези 2006

С юга и востока на нее наступала непроходимая еловая стена, с запада — увенчанный сосенками холмистый пояс, а на севере начинались леса, лиг через восемьдесят переходящие в тундру, тянущуюся до самого Свинцового моря."

"В долине тоже был туман, впрочем не такой густой, как у дольменов. И все же часовой на смотровой вышке заметил чужака только когда тот оказался всего лишь в сотне ярдов от частокола. Это было непростительно, хотя белое на белом всегда сложно разглядеть. Пришелец, точно демон, вынырнул из витающего над землей густого молока. Давая себя рассмотреть, он, откинул капюшон и не спеша перешел вброд неглубокую, заросшую по берегам жидкой низкорослой осокой, речушку. Поначалу наблюдатель на посту не понял, что это за человек. И лишь после того, как из марева выбрались семеро, рыжеволосый северянин поднял тревогу.

Путник остановился, не дойдя до ворот ярдов пятнадцать. Следом за хозяином, повинуясь неслышимому приказу, остановились и слуги. Облаченный в белую мантию с интересом рассматривал встречающих. Их было человек двадцать. Высокие, рыжеволосые и усатые. Каждый из мужчин носил килт и шерстяную, распахнутую на груди, рубаху или кожаную безрукавку. Все были вооружены. Стражник на вышке держал лук наготове.

Северяне смотрели на чужака хмуро и недружелюбно, но без страха и ненависти. Пришедший расценил это обстоятельство как большую удачу. Обычно глупые поступки совершаются не от недостатка ума, а именно из страха и ненависти. Сейчас же никто не спешит бросаться на него с оружием или тем паче стрелять. Значит, есть шанс договориться с этим неприветливым народом и узнать, что у них стряслось.

Два десятка угрюмых Детей Ирбиса внимательно изучали облаченного в белое пришельца. Тот обеими руками опирался на посох, и на его лице нельзя было прочесть ни одной эмоции. Черные глаза скользили по высоченному, проломленному частоколу, разрушенным воротам, смотровой вышке. Он подчеркнуто не замечал людей, давая им время принять решение.

Наконец, когда молчание стало невыносимым, из толпы вышел высокий грузный, немолодой уже мужчина и, передав свое оружие одному из товарищей, решительным шагом направился к сдисцу. На семерых мертвецов, что стояли за спиной незваного гостя, он даже не посмотрел.

Путник одобрительно хмыкнул себе под нос. В чем варварам не откажешь, так это в невозмутимости и смелости. Ожившими куксами[28] их не испугать. Не то, что жителей более цивилизованных земель.

Сын Ирбиса оказался на голову выше незнакомца и гораздо шире в плечах. От него пахло потом и дымом. Голубоглазый гигант прожег носящего хилсс[29] человека настороженным взглядом и произнес:

— Я Ра-тон, сын Га-льба.