Я тебя верну

— Больно?

— Ты же сказал, потом разговаривать будем? — поворачивает голову и грозно сверкает глазами.

— Понял, — хищно скалюсь, сжимаю бедра и вхожу членом на всю длину.

Мы оба замираем. Дышу ей в висок, у нее пульсирует голубая венка на шее. Прикладываюсь к ней губами, сминаю ладонью грудь. Перекатываю между пальцами торчащую вершинку соска.

И толкаюсь.

Еще. Еще.

Осторожно. Все еще боюсь навредить.

Она застывает. Задерживает меня рукой.

— А Марат мог глубже. И быстрее, — говорит вроде как равнодушным тоном, но при этом так дышит, что не будь она беременная, уже бы придушил.

— Ах ты ж сучка малая, — взвиваюсь.

И понимаю, что провоцирует, но уже все. Уже забрало упало.

Поднимаю рывком, ставлю на колени и вхожу глубоко так, что пах трется о ее ягодицы.

Жестить не буду, не дождется. Там мой ребенок. Но если хочет поиграться, поиграемся.

— Так достаточно, или глубже?

— Достаточно, — отвечает сипло.

— Тогда погнали, — говорю и начинаюсь вколачиваться. При этом упираюсь в матрас рукой, чтобы смягчить силу удара.

Потом на ней оторвусь, когда родит.

Меняю амплитуду проникновений, член входит и выходит как поршень. Лиза хрипло стонет, извивается. Чувствую, что к финишу подлетаю, нахожу рукой клитор, надавливаю пальцами на горошину. Обильно смазываю нашими соками, массирую, похлопываю.

Она взрывается первая. Таким же фейерверком, как и раньше. Ничего не изменилось, я зря переживал. Долго сокращается на члене, сдавливает его стеночками, кричит, закусив запястья.

Догоняю ее, вбиваясь бедрами, вдавливаюсь пахом, матерюсь сквозь зубы. Сперма льется в Лизу, не переставая.

Мне в общем-то похуй, что там кому слышно. У меня сегодня брачная ночь.

— Я проверялся, малыш, не переживай, — хрипло говорю, тяжело дыша. — И у меня никого не было после тебя.

Она не отвечает. Выползает из-под меня, на ее спину проливаются белесые капли семени.

Опускается на бок, медленно перекатывается. Я пробую унять бешено колотящееся сердце, нормализовать дыхание. Со лба срываются капли пота и летят на смятую постель.

— Я тебя люблю, — хриплю. Дергаю уголком губ в попытке улыбнуться.

И в голове гулко звенит от сильного удара ладонью, прилетающего по щеке.

* * *Лиза

Я задыхаюсь от ярости.

Или от радости?

Нет, все-таки больше от злости.

Луплю по щекам его, а слезы катятся у меня у самой.

Потому что мне больно.

Как он мог? Как он мог так поступить со мной? И с Крис? И… И с ним…

«Как ты мог?» — хочу крикнуть, но из горла вырывается только сдавленное бульканье.

— Как ты мог? — шепчу обессиленно, когда он наконец хватает меня за запястья и вдавливает в матрас.

Сам наваливается сверху и вжимается лбом в лоб. При этом следит, чтобы не придавить живот, удерживается на весу локтями.