Я тебя верну

Я бы сказала, по-весеннему, но осень по-настоящему еще и не уходила.

Ветра почти нет, воздух влажный, а солнце светит так, что кажется, еще чуть-чуть и распустятся почки.

Я сижу на качелях, укутавшись в плед, и читаю книгу."

"Сегодня воскресенье, идеальный день, чтобы ничего не делать. И я решила немного побыть на свежем воздухе. Алекс прав, я действительно больше времени провожу в доме. А ребенку нужен кислород.

Крис осталась в доме. Она собиралась сегодня вкапывать металлические штыри, которые еще в пятницу привез господин Ренье, но я очень надеюсь отговорить ее заниматься этом собственноручно.

Плед сползает с плеч, подтягиваю его выше. Устраиваюсь удобнее, подворачивая ноги в теплых носках.

— Не помешаю? — за спиной звучит знакомый голос.

Поднимаю голову. Рядом с качелями стоит Алекс.

В одной руке он держит толстый клетчатый плед, в другой — керамическую чашку с крышкой. На его лице улыбка, но в глазах мне чудится напряжение.

Я не испугалась, скорее не ожидала. С утра нашего соседа видно не было, мы решили, что он уехал, но мужчина мою реакцию расценивает иначе.

— Простите, я не хотел вас напугать, — говорит, протягивая чашку. — Увидел вас из окна и решил, что вы недостаточно тепло укрыты. Заодно взял с собой чай. С лимоном и имбирем. Я читал, что там много витаминов.

Откладываю в сторону книгу и принимаю чашку. Тепло приятно согревает пальцы. Делать вид, что мне безразлично это внимание, глупо и бессмысленно. Но в то же время внутри не оставляет чувство тревоги.

Хотя вчерашнее барбекю прошло идеально. Было вкусно, весело и ненавязчиво. Мы помогли Алексу убрать, ушли домой и больше он нам не надоедал.

— Спасибо, Алекс, — благодарно киваю. — Мне правда очень приятно. Только я не замерзла.

Но Алекс будто не слышит. Разворачивает плед, накрывает мне ноги и аккуратно подтыкает со всех сторон.

— Не спорьте. Когда сидишь, всегда легче простыть.

Спорить глупо. И так правда теплее.

— Спасибо, — еще раз благодарю, — вам не стоило беспокоиться.

— Не за что, — усмехается Алекс, — мне приятно позаботиться о вас.

И я теряюсь. Не к чему прицепиться, не за что на него злиться.

Вся его вина в том, что он слишком похож на Марата — как бы там ни придиралась Кристина. И все-таки не Марат.

Алекс оборачивается вокруг, замечает неподалеку скамейку и подтягивает ее ногой. Садится напротив, протягивает руку к книге.

— Можно? Интересно посмотреть, что читает молодежь.

Переворачивает обложкой вверх, поднимает бровь.

— «Гордость и предубеждение»! Скажите правду, Лиза, — прищуривается он, — почему все барышни без ума от этого романа?

— А вы его читали?

— Очевидно, что нет. Я же не барышня, — он отвечает серьезно, но в глазах пляшут черти.

— Ну тогда вы многое теряете, — вздыхаю.