Гений Медицины

К тому же, пока она будет занята, ему никто уже не помешает…

Болотов проследил, как Лена скрывается в ординаторской, и направился назад в палату.

* * *После опроса и осмотра Авдеева, у которого оказалось обострение хронического панкреатита, я направился к Гордееву.

— Добрый день, — поздоровался я. — Вам уже сняли холтер?

— Да, но на расшифровку уйдёт часа два, как сказала та милая женщина, — кивнул пациент. — Все пробы делал, как вы и говорили. Ходил по коридору, по лестнице. Приступы были, но от нитроглицерина сразу проходили.

Типичная картина стенокардии. Что ж, надо дождаться результатов холтера и вызывать кардиолога.

— Всю ночь хвастался своим монитором, — пробурчал пациент с соседней койки. — Точно жалобу напишу!

— На меня тоже? — удивился Гордеев. — Такое вообще возможно?

— Пожаловаться можно на что угодно, — со знанием дела отозвался его сосед. — Однажды я пожаловался на стоматологию за то, что меня заставили надеть бахилы. Доктор, вы будете мне назначать холтер или нет?

Ну и наглый же этот пациент! Я привык одинаково уважительно относиться ко всем, но этот явно считается в отделении проблемным.

— Нет, не буду, — ответил я. — Можете добавить себе в список новую жалобу.

— Уж поверьте, добавлю, — буркнул тот. — Лечить людей не хотите, вам бы только деньги зарабатывать.

По моему мнению те, кто хотят зарабатывать деньги, идут куда угодно, но только не врачами. Но спорить с этим человеком бесполезно. Поэтому я проигнорировал его высказывание, задал ещё пару вопросов Гордееву и покинул палату.

— О, ты, случайно, не у Котова был? — поймал меня в коридоре Никита.

— Нет, у Гордеева, — отозвался я. — А что?

— Да Зубов решил мне отомстить за мой отпуск, подкинул мне своего жалобщика, — с улыбкой заявил тот. — Вот, собираюсь с духом, прежде чем зайти. А то ведь не сдержусь, а мне потом сразу дежурство влепят!

— Я знаю, о ком ты, — кивнул я. — Он уже пригрозил жалобой даже своему соседу по палате.

Никита громко расхохотался.

— Эх, вроде уже и сам врач, а всё равно чувствую себя вечным интерном, — отсмеявшись, ответил он. — Ну, деваться некуда, я пошёл.

— Держись там, — улыбнулся я.

Никита мне нравился всё больше, было видно, что в нём нет никаких подвохов. Открытый, доброжелательный и довольно приятный человек, которые в терапии были в дефиците. Особенно на контрасте с Соколовым и Шуклиным.

В ординаторской я встретил растерянную Лену, которая суетилась с направлением в руках.

— Ты не видел Зубова? — обратилась она ко мне. — А то направление подписать срочно нужно!

— Не видел, — пожал я плечами. — А что за направление?

— Подозреваем с Женей у пациентки системную красную волчанку, и нужна срочная пункция сустава, — серьёзно отозвалась она.