Волынская мадонна

Там иной раз шалили и стреляли не только бандеровцы, но и чистые уголовники.

Капитан Кисляр пообещал, что решит вопрос с размещением группы, и быстро испарился. В бывшем здании жандармерии гуляли сквозняки, таскали по полу обрывки бумаг, бытовой мусор.

– Женской руки тут явно не хватает, – пробормотала Настя Кутепова, разглядывая с поджатыми губами этот вселенский кавардак.

Станиславу пришлось напомнить ей, что она не женщина, а старший лейтенант особого назначения. Приведением рабочих мест в порядок займутся другие люди.

Офицеры показали начальнику караула служебные удостоверения и тонко намекнули на то, что не к лицу им работать в таком дерьме. Парень побледнел. Через час все было в порядке, как в нормальной ведомственной конторе, включая телефон для связи с комендатурой и военным руководством станции.

Настя брезгливо смахивала тряпочкой пыль со стола, протирала подоконник, который венчал страшноватый, до предела засохший комнатный цветок, вся земля вокруг которого была утыкана окурками немецких сигарет. Гальперин убрался в комендатуру с наказом добыть все, что уцелело от местных архивов.

В здании четко ощущалась какая-то могильная аура. Эти стены за пять лет, похоже, всего навидались.

– Разрешите, товарищ майор? – В кабинет всунулся сержант Красной армии.

Майор кивнул. Мол, разрешаю.

Солдаты втаскивали в помещение железные ящики, стопки папок, проштампованные орлами вермахта и украинскими трезубцами.

– В подвале нашли, товарищ майор, – отчитался сержант. – Фрицы перед бегством что-то уничтожили, но многое осталось."

"Настя с ужасом смотрела на гору макулатуры, растущую посреди комнаты. У Стаса создавалось впечатление, что ей очень хочется надеть медицинские резиновые перчатки.

Вскоре оперативников контрразведки Смерш осчастливил фактом своего появления донельзя усталый капитан Есаулов, исполняющий обязанности коменданта. Он был не молод, не мог похвастаться пышной шевелюрой и вселенской невозмутимостью. Капитан волновался, как студент на первом экзамене. Не каждый день его владения посещали представители этой зловещей конторы. Но рукопожатие у него оказалось твердым.

Шелест не давил на визитера. С людьми надо быть мягче, если, конечно, ты не собираешься в ближайшее время ставить их к стенке.

– Надеюсь, мы сработаемся, Михаил Егорович, – проговорил Шелест. – Заискивать не надо. Вижу, что вам, бывшему боевому офицеру, противно такое поведение. Но любые пожелания моих людей, равно как и мои, должны выполняться беспрекословно. Чего-то заоблачного требовать не будем, видим, насколько вы ограничены в средствах. Сожалею, что вы не местный, это усложнит выполнение задачи. Но на безрыбье, как говорится… Вы неплохо воевали, я наводил справки.