Волынская мадонна

Урочище большое, богатое на сюрпризы. Бывшую базу Глинского бандиты использовать не будут. Там мы их легко накроем. Жалко, знатоков местности в районе не осталось. Нам не стоит, не зная броду, соваться в воду.

– Часто шалят? – поинтересовался Гальперин.

– Постоянно, – ответил Кисляр. – Тактику сменили, теперь исподтишка гадят. Хозяева прежние остались, шлют директивы из-за линии фронта. Диверсии на воинских коммуникациях, нападения на колонны, следующие к фронту. Задача, в общем-то, ясна. Посеять смуту у нас в тылу, ослабить ударную мощь Красной армии. Еще надеются, что все назад вернется. Ведь фюрер постоянно трещит, мол, вот выровняем линию фронта, подтянем резервы и оружие возмездия, ахнем по большевикам и погоним их за Урал налимов кормить. Недавно бандиты ограбили пакгаузы на станции. Ночью подкрались, охрану сняли, забрали все продукты, что дожидались отправки на фронт. А это тушенка, крупы, рыбные консервы. Даже транспорт свой не подгоняли, увели два грузовика, которые у пакгауза стояли. Десятку солдат, считай, горла перерезали, те даже не пискнули. И вот что необъяснимо. Грузовики пропали, как сквозь землю провалились! На дорогах их не видели, в лесу тоже не нашли. Заместителей Губина и кладовщиков сразу под арест упекли. Выживших солдат на фронт отправили в штрафную роту. А толку? Мистика крупным планом. Пропажа государственного имущества, так сказать. Своих пугать бандиты тоже не забывают. Как только новая власть назначает в село активиста, коммуниста, председателя, хлопцы из леса выбираются и показательно его прибивают. Если не сопротивляется, так сразу стреляют и в выгребную яму сбрасывают. А кто пальбой их встречает, так хлопцы мигом звереют да такое над бедолагой устраивают!.. Потом куски туловища над сельсоветом вместо флага висят в назидание. Недавно они в детский дом пришли, не в нашем, правда, районе, в Процке…

– Остановитесь, товарищ капитан, достаточно на сегодня, – жалобно попросила Настя.

– Ну, как хотите, – сказал Кисляр. – Желание женщины закон.

Пассажиры замолчали.

Мысли Стаса потекли в недавнее прошлое."

"Полковник Березин не ошибся, когда упомянул партизанский опыт майора Шелеста. Тот был недолгий, но полезный.

Станислав родился в Харькове. Отец – инженер на тракторном заводе, мама – бухгалтер там же. В тридцать седьмом они уцелели. Предприятие считалось стратегическим, чистили его умеренно, чтобы не страдало производство. Завод выпускал не только тракторы.

Политехнический институт, служба в армии, офицерское звание после ускоренных курсов. Очень помогло высшее образование.

Грезил, как и в детстве, о разведке. Курсы повышения квалификации при НКВД СССР, а с февраля сорок первого – при НКГБ. Лубянская площадь, многообещающий молодой сотрудник, капитан.