Волынская мадонна

Бандеровцы гарцевали по его участку, ругались, потом засвистели, помчались куда-то вскачь.

В Выжиху вернулась еще одна семья, мать и две дочери. Не повезло бедняжкам, плохо спрятались. Обнаружили, что влипли, бросились к лесу. Конные бандиты настигли женщин на опушке.

Фабиуш вылез из ямы, лежал в траве. Эти бедняжки погибли у него на глазах.

Всадников было четверо. Трех молодчиков Фабиуш видел впервые. Это были крепкие бородатые парни. А вот того мерзавца, который ими командовал, он уже встречал.

Это некто Нестор Кишко. Он был в ОУН на небольших офицерских должностях. Мерзкий маленький тип со злыми глазами, жестокий, циничный. До тридцать девятого года, при польской власти, этот субъект работал бухгалтером в конторе на карьере, был робкий, забитый, пресмыкался перед администрацией. Кто же знал, что в нем такая злоба с годами накопилась.

– Люди сказывали, что он у Горбацевича был помощником, – продолжал грустное повествование Матецкий. – Это тот, что за главного был тут у бандитов. Он после нашего бегства уже здесь воцарился. Люди шептались, что просто дьявол. Наши с ним дорожки, к счастью, никогда не пересекались. – Крестьянин начал истово креститься.

Собеседники Станислава менялись, как карты в колоде. Люди плакали, делились горем, просили зерна или стройматериалов. Но у всех было главное общее пожелание: защитите! Вы же власть!

Шелест был всего лишь руководителем оперативной группы контрразведки «Смерш», и задачи перед ним стояли другие. Он мог обеспечить безопасность этим людям только одним способом – уничтожить банду. Они этого не понимали, кто-то переступал черту, срывался в крик.

Майор окутывал себя табачным дымом, ждал появления ценной информации.

Беженцы из Поросли жаловались на жизнь. Вернулись в родное село, а там шаром покати. Стоит телега с разбросанными пожитками, рядом сухое дерево, на нем распятый труп и табличка на груди для непонятливых: «Это поляк. Так будет со всеми поляками».

Мужики и рады взяться за оружие, готовы защищать свои семьи. Но Советская власть не разрешает, говорит, что сама их защитит.

Но это только пустые слова. Она себя-то защитить не может!

Третьего дня бандеровцы под Процком колонну части материального обеспечения растерзали, все ликвидное добро затащили на подводы и убрались в лес. Семерых молодых новобранцев в плен взяли, на опушку отвели и лопаты всучили. Мол, ройте себе окопы в полный профиль. А как дорыли, всех сгрузили в эти ямы да засыпали, только головы наверху и остались. Бандиты потешались, а когда наскучило, взяли косы да давай их отсекать. Еще жаловались, что косы тупые, ни хрена не работают.

Картина складывалась удручающая. Станислава захлестывали волны отрицательной энергии.