Гнев ангелов

Математика всегда была ее страстью, да и это задание на самом деле по-детски легкое, если знаешь, как это делать и какие числа каким буквам соответствуют.

– Ты знаешь, что такое гематрия? – обращаюсь я к Алисии, и та качает головой.

– Я тебе помогу. Какое число показал тебе ключ?

– Семьдесят пять.

– Хорошо, пойдем. Возьми его с собой, – командую я. – Мы со всем справимся. У нас четыре двери и три ключа. Я отмахиваю прочь мысли об Изабель. Если она не добралась сюда, ей уже никто не поможет. Я поворачиваюсь и вижу, как вода застыла в воздухе около площади. Волны поднимаются, все еще подконтрольные ангелам, но уже достаточно злые, чтобы поглотить нас.

Белые брызги летят мне в лицо, и я чувствую соль на своих губах. У нас всего несколько минут.

– Мем, Ламед, Хе, Алеф, Ламед, – произношу я имена на иврите по буквам. Это имя написано на первой двери, к которой мы подбираемся.

– Сорок, тридцать, пять, один, тридцать – вместе будет сто шесть, – моментально все подсчитав, говорит Фелиция.

– Сто шесть ни у кого из нас не было, – хнычет Алисия. – Что нам теперь делать?

– Следующая дверь, – прерывает ее Фелиция. – Это может быть число четвертого гения.

– Пе, Хе, Ламед, Йод, Хе, – говорю я по буквам.

– Восемьдесят, пять, тридцать, десять, пять, – вместе будет сто тридцать, – быстро говорит Фелиция. – Это снова не наши числа.

Теперь ее голос звучит так же нервно, как я чувствую себя. То, что она умеет считать так быстро, – это просто чудо. Вода тем временем уже по колено. Она ледяная. Что-то касается моей обнаженной кожи, и я задыхаюсь от страха.

Думай, думай, думай, говорю я себе. Отец учил меня ивриту. Мы где-то делаем ошибку. Иврит читается справа налево, об этом я думала.

Семьдесят два гения названы святыми именами, и у каждого из этих имен есть специальная божественная приставка, слышу я объяснения отца в своей голове. Эта приставка – либо Эл, либо Джа. Обе состоят из одного слога. Я возвращаюсь к первой двери.

– Попытайся еще раз, но без букв Алеф и Ламед.

Фелиции понадобилась лишь секунда.

– Семьдесят пять.

Алисия радуется, и надпись на двери загорается. Она вставляет ключ в замок и проворачивает его.

Я поворачиваюсь к следующей двери.

– Пахалия, – читаю я. – Пе, Хе, Ламед.

– Сто пятнадцать, – Фелиция ухмыляется, когда и эти буквы загораются.

Это моя дверь.

– Хариэль, – читаю я следующее имя, читая буквы в обратном порядке. Хе, Реш, Йод.

– Пять, двести и десять, – считает Фелиция, не успела я и произнести это вслух. Ее буквы тоже загораются, и мы одновременно вставляем ключи в замки.

В момент, когда я поворачиваю его, я понимаю, что это еще не конец. Кассиэль сказал, что мы должны видеть правду за этими штуками. Возможно, этот совет был важнее, чем книга. За дверями нас ожидает что-то ужасное.