Голос Вессема. Радиомолчание

А потом я не выдержала и сделала вдох.

Вода хлынула в легкие, и горло сжал спазм. Пытаясь откашляться, я лишь вдыхала больше и больше воды, все тело скрутила судорога, казалось, грудь сейчас разорвет.

У меня есть лишь несколько секунд, подумала я и сама удивилась, как спокойно прозвучали эти слова в моей голове. Несколько секунд и все. Но странно — я не чувствую, что умираю. Я не верю в это. Я не могу утонуть, поняла я. Я не могу утонуть. Не могу утонуть, ведь мне не надо дышать.

Потому что я и есть вода.

Я не успела уловить момент, когда мое тело исчезло. Я больше не видела ни доктора Эйсуле, ни доктора Ланге, ни сержанта Хольта.

Медицинского кабинета тоже не было, осталась только я, и я была бесформенной, зеленой и спокойной, я медленно двигалась, покачивалась в аквариуме, испарялась, понималась вверх, а потом вдруг выплеснулась за пределы здания, в одно мгновение заняла огромное пространство в воздухе, а через секунду уже собралась в каплю и полетела вниз. Я ударилась о землю, но больно не было — я просто впиталась в нее, я продолжала падать, я была каждой каплей, каждой лужей, собирающейся на асфальте, подземной рекой, озером в пещере, куда никогда не заглядывало солнце, я была заливом, морем, паром, водой из крана, я набирала и набирала скорость, становилась водопадом, ревущим потоком, ливнем, штормом, и снова останавливалась, успокаивалась, становилась ручьем, фьордом в колыбели скал, озером в саванне, я распадалась и собиралась заново, приходили звери и склонялись надо мной, отражались во мне, и я становилась частью их, я испарялась и становилась частью неба, я падала дождем и становилась частью земли.

Я была всем.

***

— Как ты, Реталин?

Я провела рукой по телу — одежда была сухая.

Но меня же вроде топили? Или мне это, выходит, померещилось? Я вспомнила свои видения — зеленый аквариум, медленное движение, быстрое движение, я крошечная, я огромная, я падаю с высоты, леопард пьет из озера… Ну и дрянь же она мне вколола!

— Под флойтом… было… лучше, — с трудом разлепив губы, прохрипела я.

Сфокусировав взгляд, я поняла, что все еще лежу в том же кресле, а от моей руки вверх идет тонкая прозрачная трубка. Я потянулась к ней.

— Не надо, — доктор Эйсуле перехватила мою руку.

 — Это ненадолго, еще минут десять. У тебя небольшое обезвоживание."

"— Обезвоживание? — повторила я и начала смеяться как ненормальная. Смех перешел в кашель.

— Выпей, — доктор протянула мне стакан с густой белой жидкостью, похожей на разведенную сметану.

Пересохшее горло отказывалось глотать, но я все же залила в себя то, что она дала мне. Стало легче.

— Мне казалось, что я была водой, — сказала я. — Сначала в аквариуме, а потом…

— Содержание галлюцинаций не имеет значения, — остановила меня доктор Эйсуле.