Горец и леди
Строптивый характер леди Бригитты Деверо под стать буйному пламени ее волос. Ее гордость уязвлена – жених из далекой Шотландии, Йен Макартур, не явился даже на собственную свадьбу, ведь он уверен, что жена должна быть покорна его воле. Чего же можно ожидать от такого брака? Да чего угодно – измен, побоев, предательства, ревности, и конечно, безумных, пламенных ночей любви.
– Ну и что ты тут воюешь? – обратился Черный Джек к старшей невестке.
– Я мать Гленды, – настаивала Антония."
"– Ну, об этом ты вспоминаешь лишь изредка, – сказал Черный Джек, и лицо его потемнело от гнева. – Гленда может проводить время с кем захочет. – Когда же Антония открыла рот, чтобы протестовать, он веско добавил: – Я глава семьи, и ты обязана мне подчиняться. Понятно?
Не говоря ни слова, Антония повернулась и зашагала прочь.
– Спасибо, милорд, – сказала Бригитта.
– Не обращай на нее внимания. Зла как черт, что после смерти Малкольма потеряла возможность стать графиней. – Черный Джек посмотрел на Гленду, которая взирала на него с выражением, близким к благоговению. – Ну, как, нравится тебе твоя новая английская тетя, малышка?
Гленда кивнула, робея заговорить с этим властным человеком, хоть он и был ее дедом.
– А рыженький дружок этой леди тоже здесь? Девочка опять кивнула. Заметив ее смущение, Черный Джек улыбнулся и решил проявить к внучке больше внимания.
– Не хочешь ли прогуляться со своим дедушкой? – предложил он, протягивая ей руку.
– Хочу, – прошептала она, робко кладя свою крохотную ручку на его широкую ладонь.
– Я когда-нибудь рассказывал тебе, малышка, – начал Черный Джек, уходя с ней по дорожке, – в честь кого тебя назвали?..
Взяв лисенка на руки, Бригитта не спеша, пошла к дому. Когда она поднималась по лестнице, из большого зала донесся голос Антонии, сердито распекающей кого-то. Не обратив на это внимания, Бригитта продолжала подниматься по ступенькам, но вдруг остановилась, услышав оправдывающийся голос Сприн. Что еще такое?! Как осмелилась Антония выговаривать ее кузине! С гневной решимостью Бригитта повернулась и направилась в большой зал.
– Я сказала, принеси мое рукоделие! – кричала Антония на девушку. – И побыстрее.
– Оставьте-ка лучше меня в покое, – бойко отбивалась та, – мне велено дожидаться леди Бригитту.
Антония уже подняла, было, руку, чтобы ударить Сприн по щеке, но Бригитта сзади схватила ее за запястье и резко повернула к себе.
– Сприн моя камеристка, а не служанка в замке. Что вы себе позволяете, миледи?
При этих словах Антония совсем потеряла голову. В бессильной ярости она размахнулась и ударила Бригитту по лицу. В ответ та, не задумываясь, тут же влепила пощечину Антонии.
– Что за чертовщина! Вы что?.. – крикнул Йен, широкими шагами направляясь к ним. – Совсем сбесились, дикие кошки?!
Заливаясь слезами, Антония повернулась к нему.
– Леди Бригитта ни с того ни с сего набросилась на меня, – всхлипнула она.
– А ты не командуй камеристкой моей жены, – сказал Йен, который, видимо, слышал, с чего началась ссора. – И не смей поднимать руку на Бригитту. А сейчас отправляйся в свою комнату и сиди там до самого ужина.















