Горец и леди

– Она на меня первая набросилась, – завопила Антония. – И ты на ее стороне?..

– С женой я сам разберусь, – заверил ее Йен. – Можешь быть спокойна. Больше она не тронет тебя.

– О! Значит, я еще и виновата?! – взорвалась Бригитта. – Как ты можешь…

– Ты что, не слышишь, Антония? – повторил Йен, не обращая внимания на гневную вспышку жены. – Я велел тебе уйти!

– Ну что?! – вызывающе сказала Бригитта, едва Антония, заливаясь слезами, удалилась к себе. – Меня сейчас тоже отправят в мою комнату, приказав не распускать руки?

– Ну, ну… не расходись так. Может быть, тебе уже вредно волноваться, – многозначительно улыбнувшись, сказал Йен. – Иди к себе в комнату – я скоро приду.

7

Холодным ноябрьским днем Гленда играла в саду. Листья уже облетели, и ветер постукивал голыми ветками, напоминая, что уже глубокая осень. Бросив мячик Хитрецу, Гленда смотрела, как лисенок ловко поймал его в пасть. Потом он засеменил к девочке и ткнулся ей в руку мокрым носом, приглашая повеселиться вместе. Бригитта со смехом захлопала в ладоши, радуясь этому новому трюку своего любимца.

– Время игры почти кончилось, – печально сообщила ей Гленда.

– Я знаю, – ответила Бригитта. – А не хотелось бы тебе поиграть подольше?

– Конечно, но мама рассердится.

Бригитта лукаво улыбнулась.

– Я придумала способ, как всегда делать то, что я хочу, и никогда не иметь из-за этого неприятностей.

– А как? – Глаза девочки заблестели от возбуждения.

Прежде чем заговорить, Бригитта таинственно оглянулась кругом, словно боясь, что их подслушают.

– В жизни есть два пути, которым можно следовать: длинный путь и короткий, – сказала она маленькой девочке. – Когда я сталкиваюсь с чем-то, чего я не хочу делать, то всегда выбираю длинный путь. Вот, например, когда пора кончать игру, то короткий путь домой – это прямо в ту садовую дверь. А длинный – это вокруг всего дома и через двор.

– А если мама или дедушка рассердятся на меня?

– И на этот случай есть подходящий способ действия. Если это мужчина, как, например, твой дедушка, ты должна захлопать ресницами, вот так.

И Бригитта демонстративно захлопала длинными ресницами, а Гленда, смеясь, повторила за ней.

– Превосходно! – воскликнула Бригитта. – Никогда не забывай, что красивая женщина, которая вот так мило хлопает ресницами перед мужчиной, неотразима. Это глупо, но это так.

– А что, если рассердится мама?"

"– Если это женщина, вроде твоей матери, – отвечала Бригитта, – ты должна сделать то же самое, что сделаешь после того, как похлопаешь ресницами перед мужчиной.

– А что именно?

– Разумеется, соврать.

– Но врать – это страшный грех! – воскликнула девочка. – Это ведь ужасно!

– Чепуха! Как есть два пути, которыми можно следовать, так есть и два рода лжи, – пояснила Бригитта.