Гордый

– Я устала уже, Кристин! Не жизнь, а сплошные обследования и наблюдения! Эти капли, мази, уколы! Анализы! Осмотры! Ну сколько ещё? Ну не могу я уже!

Падает на колени и закрывает лицо руками. Слезы скользят по щекам, подбородку, запястьям, капают на джинсы. Лиду всю трясёт. Её укрывает безысходность…

Не успеваю опомниться, как оказываюсь рядом и крепко прижимаю сестрёнку к себе. Начинаю едва заметно раскачивать из стороны в сторону, как маленькую, глажу её по голове.

– Мы все сделаем, все-все. Все что нужно, – вторю сама себе. – Не плачь, моя хорошая.

Тонкие руки обвивают шею, Лида прижимается ко мне крепко и кладёт лоб на плечо. Со всеми эти стрессами она очень похудела."

"– У меня и так щадящий режим! Минимум времени в телефоне, компьютере! – голос ее срывается на крик… крик души… – Я и так стараюсь изо всех сил! Вместо статей в интернете и книг слушаю информацию в аудио-форматах! И на лекциях максимально сосредоточена! А тут вот это!

Беда, конечно, невообразимая. Лида горела мечтой учиться на программиста. Основные сложности с глазом, как мы думали, остались в прошлом, и сестрёнка поступила на факультет кибернетики.

– После операции ещё долгое время будет длиться восстановительный период. Наблюдение, консультации. Операция-то сама быстрая. А вот швы снимают месяцев через девять-двенадцать. Как пойдёт.

Лида уже слегка успокоилась и теперь выдаёт информацию четко, ровными порциями бесстрастным голосом.

– Капец, да? – единственный проблеск эмоций в темном взгляде. – Представляешь? Через год швы только снимут!

– Зато все будет хорошо потом. И зрение не будет ухудшаться, – беру ее ладони в свои.

– Угу, – логичный ответ заставил Лиду слегка поморщиться и добавить скептицизма, – очень бы хотелось.

– Лид, не нагнетай. Лучше подробности расскажи по операции.

– Сутки в палате, это после операции. Потом домой. Две недели каждую секунду мази, капли, – слегка преувеличивает, вздыхаю. – Антибиотики, куда ж без них. До операции полное обследование. У меня глазное давление, сама знаешь, не радует. Могут возникнуть сложности. Я полистала в интернете: есть шанс пройти по квоте. Но это не быстро. Желающих много, а донорский материал и свободные руки врачей ограничены.

– А как срочно нужна операция? – заглядываю Лиде в глаза, концентрируя внимание на замутнённой части.

– Подождёт, – бросает почти равнодушно сестра и поднимается на ноги, тащит за собой.

– Ли-ид, – тяну осуждающе, ее слёзы – как нож в сердце. – Я же серьезно.

– Ну как очередь по квоте подойдёт, – отводит прибитый взгляд.

– Значит, в клинике сделаем!

Называет диапазон цен, и я мигом просчитываю мысленно, сколько работы ещё смогу взять до конца месяца. Блин. Все равно оперативно не соберу столько, сколько нужно.

Ладно.