Горькая полынь моей памяти

– Ты не поверишь, – раздалось с того конца. – Не знаю, твоя Серафима или нет, а вот Эля твоя – ведьма.

Дальше последовали неясные угрозы приковать к батарее весь женский род и что-то про возможное сотрясение чьего-то мозга. Больше на связь Юнусов не вышел, как и Карима, и Эля.

Почему Дамир Файзулин не грёбаный Флеш?

Глава 42

Дамир. Наши дни. Поволжье

Несмотря на ночь, свет горел во всех комнатах дома из огнеупорного кирпича, даже окна Дамира были освещены. Неудивительно – сразу два сбежавших ребёнка, можно только представить, как волновались родители. Алсу напряглась всем телом, зажмурилась, когда Дамир почти волоком вытащил её из автомобиля.

Назар тяжело вздохнул и открыл магнитный замок калитки, пропуская брата, крепко держащего застывшую, еле переставляющую ноги Алсу. И куда мятежный дух подевался?"

"– Дрянь! – было первое, что услышали входящие в дом. Следом сильная рука Арслана Файзулина схватила дочь за шею и, не дав раздеться он затолкнул в зал, вертя в руке крепкий кожаный ремень. Назар бросился наперерез отцу, ничего не вышло, лишь отлетел в сторону, ударяясь о стену, снося длинными руками подвешенные огоньки гирлянд.

Внутри похолодело. Дамир отлично помнил, как отец «воспитывал» его ремнём, знал – так же прилетает младшим Файзулиным, девочкам в том числе. И что-то внутри него всегда противилось этому, сопротивлялось, отторгало. Арслан Файзулин – сильный мужчина, он может одним движением руки переломить синичку Алсу, у которой от взрослого человека – только длина ног.

Дамиру никогда всерьёз не приходило в голову ударить женщину, ребёнка. Дочь – воплощение того и другого. Вспомнилась рыжулька, доверчивый синий взгляд, рассуждения о жирафе, тропическом душе и «Ядовитом» океане.

Разве возможно поднять руку на кого-то столь невинного? Алсу же, с её глупым бунтом, под девизом «Назло Назару отморожу уши», недалеко ушла от Серафимы. Есть слова для сообразительной синички. Она – не великовозрастный Дамир, ужравшийся сомнительного пойла до невменяемости в восемнадцать лет за компанию с Равилем. Здоровый парень и не почувствовал удары ремня, а чем побои обернутся для худенькой девушки, не знает никто.

– Не смей, – прошипел Дамир, перехватывая руку отца, ремень всё-таки успел пройтись по бёдрам сестры.

– Не вмешивайся! – прорычал отец, пытаясь оттолкнуть Дамира. Тридцатилетний мужчина всегда сильнее пятидесятилетнего, а Дамир был в отличной физической форме, не зря он уделял внимание спорту, собственному здоровью.

– Не смей её бить, – ещё раз проговорил Дамир. – Она девушка, не животное!

– Девушка не позорит родного отца, не сбегает из дома! В следующий раз подумает! – отец дёрнул рукой, пытаясь высвободиться, болтая в бессилии ремнём.