Горькая полынь моей памяти

Годам к пяти он привык, что соседскую девочку, с вечно ободранными коленками и сопливым носом, каждый день кормит обедом его мама. Маленькому Равилю было непонятно, отчего Наташа кушает у них, а не у себя дома. Лишь к школе мальчишке, росшему в сытости, пришло понимание происходящего. Тогда же возникла дружба между замкнутым, не умеющим найти общий язык со сверстниками, парнишкой и вечно насупившейся, в грязных платьицах, девчушкой.

К пятому классу Равиль уже не представлял своего существования без Натки Иванушкиной, а уж после того, как подружку перевели в городской лицей, в класс, где он учился – и подавно.

К тому времени коленки девчачьих ног перестали украшать не проходящие струпья, всегда чистая одежда была отглажена, а Натка поражала знаниями не только учителей, но и затихающих рядом с бойкой девочкой одноклассников. Равиль знал наверняка, что и внешний вид, и внутреннее содержание – заслуга Натки, и только её.

Иванушкина-старшая могла не появляться дома сутками или беспробудно пить после очередного сердечного разочарования, а Наташа ночью настирывала белоснежные блузки, на которые собственноручно зарабатывала сбором фруктов у местного фермера или нехитрой помощью сердобольным соседкам, с утра же отправлялась покорять знания."

"Знал Равиль и то, как бесконечно унизительны для Иванушкиной талоны на бесплатное питание в школе, как малоимущей. Он покупал себе такой же обед и давился склизким пюре с сосисками, только чтобы составить компанию. Вскоре к ним присоединился Дамир, понявший нехитрую игру друга. Файзулин покупал всем по пицце или по пирожку с соком, часто так и не дойдя до своей порции, как и Равиль. Тогда они оставляли свои «вкусняшки» подружке, во избежание «взбучки от родителей». У Иванушкиной в такие дни был ужин.

Понимала ли Натка? Да. Она всегда была умной, умнее двух мальчишек вместе взятых, включалась в их благотворительную игру, позволяя им проявить благородство и самой выходить из ситуации без ущерба для чувства собственного достоинства.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

К периоду первой влюблённости у Равиля не было ни единого шанса обратить свой взор на другую девушку. Наташа. Натка. Ната. Почти прозрачная, хрупкая, как стебелёк, светленькая – она приковала к себе внимание подрастающего, с южным темпераментом, парня.

Что делать со свалившейся влюблённостью к подруге детства, Равиль не представлял, как и с лавиной нескромных желаний, будоражащих сердце и тело. Он держался всё так же – рядом, сходя с ума от единого взгляда, прикосновения, дыхания, когда она шепчет на ухо последнюю новость или тайну.