Граф Суворов. Том 11

Как я и приказывал, его раздели, досмотрели и накачали снотворным, но в процессе медицинского обследования выяснилось несколько деталей которые делали его почти совершенно бесполезным в качестве источника информации.

— Вам виднее. — ответил я, пожав плечами. — Этот человек пытался вас убить?

— Да… скорее всего. — чуть помедлив ответил патриарх. — Тогда было особенно не до него, но почему бы не разбудить пленного и не спросить у него самого?

— Боюсь ничего не выйдет. Нет, разбудить — нет проблем, часов через десять действие снотворного закончится. Только на вопросы он не ответит — язык у него вырван почти из гортани. — ответил я, демонстрируя снимки. — Кроме того, он обладает странным даром, активирующимся через крик.

— Природный или дикий резонанс, я в подобном не новичок. — хитро улыбнувшись подмигнул мне патриарх. — Некоторые используют песню как усилитель, спусковой крючок, запускающий сложную реакцию. Другие — природный дар, полученный в ходе изменения или от предков.

— Надо будет это запомнить. — кивнул я. — Так или иначе, ответить нам он не сможет. К сожалению, о такой особенности я не знал, так что в процессе задержания сломал ему кисти. Писать в ближайшие несколько месяцев, пока кости не срослись нормально, он тоже не сможет.

— Он всегда сможет кивать и мотать головой. — возразил Филарет. — Главное найти правильные доводы. Но вы можете не беспокоиться, ваше высочество, оставьте его мне, и я постепенно выясню все что ему известно. Тем более что на меня его способность не сумеет оказать никакого влияния."

"— Уверены? Вы же не сможете бодрствовать сутками, и тем более не сможете его постоянно караулить. — удивленно спросил я.

— Полностью. — улыбнулся патриарх. — У меня найдутся подходящие люди, способные с ним справится, или по крайней мере держать в узде.

— Или не совсем люди. — сказал я, уловив намек.

— Или не совсем. — не стал спорить Филарет. — У нас будет еще время для этого разговора, ваше высочества. Сейчас же я рад вам сообщить что поддержу создание Рыцарского ордена имени благоверного Александра Невского, блюстителем и воеводой коего являетесь вы.

— Хорошо, имя мне в принципе подходит. — немного подумав решил я. В уме тут же сократив до понятного людям Ордена Александра или Рыцарей Александра.

— Ну и славно. — кивнул Филарет. — А, чтобы потом не было неожиданностей, в этот орден будут входить не только ваши сторонники, ваше высочество, но и истинные дети церкви. Это послужит не только прикрытием для обоснования его создания, но и должной мерой безопасности.

— Безопасности от чего? — нахмурившись спросил я.

— От того, что вы его забросите, конечно же.