Грешники

Голова кружится, низ живота печет, повисла на прутьях и уже не чувствую боли в запястьях, мне просто надо, чтобы он взял меня, побыстрее.

Мычу, пытаясь об этом сказать.

Он всё понял.

И едва слышно усмехнулся.

Щелкнула пряжка. Край кожаного ремня коснулся лобка, задел меня между ног, и я сжалась от предвкушения.

Скорее.

Запрокинула голову и снова дернула руками, страдаю от невозможности вцепиться в сильные плечи, ногтями впиться в гладкую кожу.

Посмотреть на него.

Послушно двинулась навстречу, едва Савва потянул за бедра к себе.

И все чувства обострились до предела, когда набухшая горячая головка скользнула по смазке, раскрыла влажные складки.

И с размаху вошел.

Глава 40

Я не впервые с ним, этим мужчиной.

Знаю его тело и какой он жесткий, но сейчас, от одного глубокого толчка замычала в кляп так отчаянно, словно сегодня первый раз в жизни занялась сексом.

Он ворвался в меня, и не остановился, даже на секунду, за ягодицы поднял, и я заскользила по твердому члену, чтобы снова, с влажным шлепком, врезаться в его бедра.

Господи.

Запрокинула голову и повисла на вытянутых руках, тело в тисках его хватки, я целиком в его власти, тону в громкой музыке и глохну от звонких шлепков. Он держит меня, во мне двигается, его широкая ладонь давит на поясницу, теснее прижимает меня к сильному телу.

Савва, Савва, Савва!

Нет, это не секс, внутри всё горит и плавится, я в темноте потерялась, и будто не здесь больше, могу лишь чувствовать, его руки на мне, он сжимает бедра, грудь, шею, толстым членом в меня вколачивается, спиной вдавливает в решетку.

- Злата.

Я как игрушка, которую он с жадностью тискает, берет снова и снова, и не может насытиться, можно спятить, от его рваного дыхания, как помешанная, звуки его голоса ловлю, свое имя.

Дернулась навстречу, когда его горячий язык коснулся моей нижней губы.

Мало, еще.

Зубами Савва потянул ленту вниз, и она сильнее врезалась в уголки рта. Двинула подбородком, все еще не веря, но помогая ему, освободить меня.

Атласный край скользнул по шее. Шумно втянула ртом воздух. Выгнулась от резкого толчка члена внутри и замерла в нетерпении, когда Савва потянул ленту на моих запястьях.

Руки затекли и мышцы ноют, лишь теперь почувствовала это, развела руки чуть в стороны и сжала пальцы в кулаки, выпутываясь из атласной петли.

Вырвалась, спаслась.

И тут же содрала с лица повязку.

Напротив его глаза. Блестящие и черные совсем, я как в болото встряла, темной ночью, одна, и не выбраться мне.

Я пропала."

"Не соображая уже, замахнулась и отвесила звонкую пощечину по небритой щеке. Ладонь обожгло, в его взгляде огоньки вспыхнули, руки смяли мои бедра...