Гремучий ручей

Замолчали ночные птицы и отдаленное журчание незамерзающего ручья словно бы сделалось тише.

– Гриня, твой пистолет спрятан далеко? – спросила она, уже понимая, что далеко. Наверняка, где-то у противоположной стены.

– У меня с собой нож. Только на него и надежда. На него и на ваши, тетя Оля, способности. – В голосе Григория послышалась горькая усмешка. Не особо-то он и верил в ее способности. Да и чего удивляться, если она и сама не верит? – Или, если хотите, возвращайтесь обратно в усадьбу, а я дальше сам.

– Дальше тебя порвут псы, – отрезала она. – С двумя сразу тебе не справиться, а при мне они не посмеют.

Поэтому держись меня, не отходи далеко, от греха подальше.

А лощина затаилась, кажется, теперь она притворялась мертвой. И голос ее упал до едва различимого шепота.

– Это… существо где-то близко, – сказала Ольга, ощупывая рану. Рана снова кровоточила и саднила, как место вырванного зуба.

Вдруг Ольге подумалось, что существо их учует. Надо лишь остановиться и подождать, но Григорий не хотел ждать, Григорий рвался в бой. А когда вдалеке раздался слабый крик, сорвался.

Какое там «держись рядом»! Какая там осторожность! Григорий поступал сейчас безрассудно, почти так же безрассудно, как и сама Ольга.

Сначала она за ним едва поспевала, а потом и вовсе потеряла из виду. Дурень! Глупый безрассудный мальчишка! Что ему почудилось в этом крике? Решил, что там, впереди, его Митяй? По голосу не понять. Не понять даже, мужской он или женский. А может, это и вовсе какая-то ночная птица. Но страх за родного ребенка может свести с ума. Ольге ли этого не знать?!

Сначала она слепо металась в темноте, натыкаясь на ветки, спотыкаясь о корни, а потом взяла себя в руки.

Нужно остановиться! Остановиться, отдышаться, прислушаться к голосу лощины.

Лощина долго не отвечала. Ольга уже подумала, что это несусветная глупость – верить в такие вещи, но вскоре услышала сразу несколько голосов. Первый был тревожный. Это лощина предупреждала ее о грозящей опасности. Второй… Второй не голос, а тихий и яростный стон. Третий… Третий не голос, а жадный вздох. Прямо за ее спиной!

Она обернулась с невероятной стремительностью. Обернулась и лицом к лицу столкнулась с существом…"

"Оно было высокое, но не огромное.

Чуть выше человека. Впрочем, оно и было человеком. Наверное. Когда-то очень давно. А сейчас от его одежды остались лишь грязные лохмотья, сквозь которые просвечивало белое жилистое тело. Оно было бы человеком, если бы не глаза, в которых полыхал красный дьявольский огонь. Если бы не острозубый оскал и смрадный запах разложения, от него исходящий. Это оно, это существо, напало на Ольгу несколько ночей назад, это оно превратило в упыря сначала бедную Зосю, а потом и Гюнтера.