Грот в Ущелье Женщин

Мерзлого, так Савелий Елизарович на горбу неси, а как жизнь возвернулась, к деду дорогу запамятовал?! – и не дожидаясь ответа, решив, что достаточно пробанил нас, крикнул громко и приветливо: – Наденька, Надежда Антоновна, гостей жданных шелонник занес. Готовь самовар.

К нам тоже с лаской.

– Проходите в светелку.

Миновав довольно большую и хмурую комнату с внушительной русской печкой, мы оказались в маленькой комнатке с одним окном, через которое струились веселые солнечные лучи. У оконца стоял небольшой письменный стол, на котором стопкой лежали ученические тетрадки, учебники и последние номера «Роман-газеты».

Во всю стену напротив стола – самодельный, но весьма ладный стеллаж, буквально набитый книгами. Я невольно сравнил его с книжной стенкой, которая стояла в кабинете моего отца: книги в ней были расставлены и по цвету, и по размеру (этого добилась мать, несмотря на протесты отца); здесь же никто не заботился о внешней привлекательности – к внушительному в кожаном переплете с медными застежками старинному фолианту примостились тоненькие брошюрки, потрепанные и совершенно новые. Когда же я присмотрелся, то понял, что и фолианты, и брошюры – все на одну тему: освоение Заполярья русскими промышленниками и мореходами.

Поистине редкие старинные книги стояли на стеллаже: А. Фомин «Описание Белого моря», И. Бережков «О торговле Руси с Ганзой до конца ХV века», Н. Боголюбов «История корабля», К. Тиандер «Поездка скандинавов в Белое море», несколько выпусков серии «Северные полярные страны». Это были тоненькие, очень популярно написанные книжечки, выпущенные специально для сбора денег на поиски экспедиций Брусилова и Русанова, затерявшихся во льдах Арктики.

Следующая полка – К. Валишевский «Петр Великий» (издание дореволюционное, которое я прежде читал), за которым стоял десяток иностранных изданий на английском языке, потом уже шли книги советских авторов: В.А. Перевалов «Ломоносов и Арктика», А.В. Ефимов «Из истории великих русских географических открытий», И. Ставницер «Русские на Шпицбергене» и совсем недавно изданная книга К. Бадигина «По студеным морям». Почти во всех книгах – заложки. Либо пожелтевшие и погнутые, либо совсем новые – твердые, отрезанные от праздничных поздравительных открыток.

"

"– Что, сынок, не видывал прежде такого богатства? – с гордостью спросил дед Савелий. На лице довольная улыбка, глаза прищурены: «Эко, дескать, в становище, а вишь ты».

– Валишевского читал. И «Северные полярные страны» очень любил в детстве. Отец рассказывал, нарасхват они шли. Платили, кто сколько мог. В большинстве – намного дороже цены.

– Иначе-то как же? Отзывчив русский народ на беду. Ой, как отзывчив.