Я б ему... дала

Впору было опасаться, что эдак месяце на шестом мой член вообще не захочет покидать сладкую норку. Что нам с Дашей придётся поселиться в кровати и учить детей азбуке Морзе ещё до рождения.

При мысли о детях желе в черепушке начало приобретать форму извилин.

Дети.

Двое.

Мои.

Вчера после этой новости я так и не успел понять свою реакцию: обрадовался я, сильно обрадовался или охренел от счастья вкрай.

Чувство, что мне это не нужно, не возникло, хотя никогда раньше не задумывался о детях.

Поводов думать не было! С питерскими любовницами натягивал презерватив, как космонавт скафандр перед стартом.

Песни про таблетки и «безопасно» пропускал мимо ушей. Даже сзади без латекса не подходил.

А сейчас... Женщина, с которой был знаком всего неделю и которая умела выносить мозг на раз-два. Пузо. И двойня. Стандартный комплект для развития паники у любого мужика.

А у меня и не ёкало!

Смотрел на нее, дремлющую после скачки, временно безобидную. И ещё хотелось. Если не взять, то хотя бы положить руки на животик. Погладить его.

Наверное, это была какая-то мужская форма беременности. Без ребёнка под сердцем, без гормонов, которые иногда самых умных баб превращают в дур, но тоже с побочкой для мозга.

"

"Пока эта побочка мне нравилась. Все нравилось. Если бы еще уработавшийся за ночь организм не требовал: «Жрать» и Алгая не засыпала почту письмами, было бы вообще словно в сказке.

Но... как бы ни хотелось продолжить утро, пришлось вставать. Первым убыл в направлении душа я. Через минуту после возвращения – замотанная по подбородок в одеяло Даша.

Из опасения остаться с пустым желудком про внезапную стыдливость я не спрашивал. Проследил за ней взглядом. Забрал из ванной несчастное одеяло.

И, как гость из голодной Африки, пошёл знакомиться с содержимым холодильника.

Глава 19. А поутру они…

Дарья.

За три с половиной месяца я, пожалуй, уже забыла, что такое «секс с Абашевым». Ноги не держали совсем. Грудь постоянно ныла, требуя продолжения банкета. А к трусам можно было прокладку крепить. Ночную! С защитой на пять звездочек!

Ума не приложу, как я выдержала марш-бросок в ванную комнату. Там под струями развезло, как от вина. Тело не узнавала. Оно горело. Эмоции не понимала еще сильнее. Одну секунду мне хотелось смеяться, другую – реветь, третью – без мыслей пялиться на стекло кабинки.

Все же я переволновалась вчера. Столько месяцев ломать голову над реакцией князя, придумать сотню оправданий и клятв, что буду растить детей одна... Черт, да я ведь и правда сжилась уже с ролью матери-одиночки, а он... этот благородный олень даже шанса не дал послать его к черту! «Это я сделал?» – и все!

Разве вообще так можно?

А поругаться? А уйти, хлопнув дверью? А как же молодая невеста, которая не б/у и из своих?

Меня бомбило от эмоций.