Я его достану!

А толку?

— Хорошо, Вась?! — гаркнула мне чуть ли не в ухо Соколовская. — Василиса, ты где витаешь?

— А?

— Завтра идешь на благотворительную ярмарку, поняла? Небольшой симпатичный текст про наш социально ответственный бизнес.

— Поняла! — Хорошо хоть, что не заставили про тендер копать. Я свою лепту в эту историю внесла — выяснила, что «Аркадия» станет участвовать в тендере. Моя первая победа. Мое знакомство с Олегом!

Народ стал расходиться по своим местам. Трегубова, молчавшая после того, как ее одернул главред, тоже направилась к себе.

— Ира! Ты ничего не забыла?

Виолетта, конечно, не смогла спокойно пройти мимо.

Блондинка, подарив Соколовской уничижительный взгляд, потопала к главному редактору. Чую, опять получит по шее за свою стервозность. Но это ее проблемы. А я нашла в почте письмо про благотворительную ярмарку и углубилась в чтение. Ну как углубилась — сразу вспомнила другую, общегородскую ярмарку и Кощея за книжным прилавком. И его автограф — что все лежит на поверхности…

— Ва-ась, иди-ка к нам! — Возле стола возникла наша секретарша Оксана. Глаза у нее сейчас были похожи на огромные пятаки. — Иди!

Ничего не поняла, но покорно пошла к ресепшен. Не дойдя до него, я уткнулась в огромный букет алых роз, лежащий в прозрачной коробке на диване.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Такие букеты у нас только тебе и присылают, — вздохнула Оксана. — Забирай! Но в ведро вряд ли поместится целиком."

"Он помнит обо мне! Хотелось кричать от радости, вопить, прыгать и снова визжать! Он все равно со мной, хоть и занят не пойми чем!

Я только и успела отнести коробку с букетом к себе, как раздался звонок.

— Привет! Спасибо!

— Понравился? Привет! — Я слышала, как он улыбнулся в трубку. Так улыбается счастье.

— Спрашиваешь? Да я так рада! Соскучилась по тебе жутко!

— Я тоже. Но завтра вечером я должен быть свободен. Не планируй ничего, хорошо?

— Не буду, только если с тобой.

— Со мной. Вась, не могу больше разговаривать, вторая линия. До завтра!

— До завтра!

Я прикрыла глаза. Напряжение, сжимавшее меня последние дни, улетучилось. Ничего не изменилось, все хорошо, просто временные проблемы, но не более того. Зря нервничала.

— Ну что, довольна? — Я вздрогнула и открыла глаза. Трегубова.

— Чем?

— Я ухожу. Насовсем. Добилась своего, молодец. Я тебя недооценила. — Ирка говорила негромко, но очень зло. — Кощей, значит, целую редакцию тебе купил. Круто!

— Ты чего, Ир?

Больше ничего сказать ей не успела. Трегубова меня перебила:

— Я, может, и сволочь завистливая, но передком никогда не работала, все мои статьи — потому что я профессионал и умею писать.