Бесконечность любви, бесконечность печали.

Нет же, настоял на эксгумации и повторной экспертизе, даже специалистов вызвал из Москвы. К счастью, выяснилось, что в медицинском мире у него хватало не только друзей, но и врагов. Они-то и инициировали статью в газете, всколыхнули общественное мнение, разогрели негатив против самого профессора и его сына. Вот тогда от доверенного лица и следователя она и услышала фамилию Балай. Вернее, подслушала их разговор...

«Балай... А вдруг это именно та Балай? Или разговор шел о мужчине? У кого бы узнать?.. Доверенное лицо звали Александром. Неприятный невзрачный тип с какой-то ватной фамилией.

.. -Валерия попыталась вспомнить, но ничего не вышло. - Придется у Петра выспросить, как его разыскать. Балай - фамилия редкая, этот Александр должен ее помнить... А Юра как-то странно себя ведет в отношении этой дамочки, явно что-то скрывает... - проанализировала она разговор с Обуховым. - «Забудь пока о Балай и моей просьбе». Как же! Теперь точно не забуду, пока все не выясню. Скользкий, нерешительный, - вернулась она к мыслям о любовнике. - Послать бы его, но придется терпеть: кроме него, своих людей наверху нет... Ладно, в одном он прав: следует поскорее решить рабочие вопросы. Дался мне этот корпус... - она раздосадованно подтянула к себе телефон. - Кому бы из коллег-начмедов позвонить, посоветоваться? А еще лучше подъехать, оценить ситуацию на месте. По телефону всего не расскажут».

Только она успела так подумать, как в дверь робко постучали.

- Валерия Петровна, телефонограмма, - пролепетала секретарша...

4.

Час общения с друзьями и пару часов работы над тезисами нового бизнес-плана даже при всей эмоционально-положительной (составляющей выжали из выздоравливающего, но пока еще ослабленного организма Ладышева все силы.

В какой-то момент он вдруг почувствовал полное изнеможение. Только и успел сохранить файл, опустить крышку ноутбука, переставить его на тумбочку у кровати - и все, провал.

Спал как убитый почти три часа, благо, никто не потревожил -уколы уже сделали, таблетки разнесли. Никаких других указаний после утреннего обхода медперсоналу не давалось, стало быть, пациент перешел в категорию выздоравливающих. Пусть отдыхает. Хватает других забот и тяжелых больных в отделении."

"Так же быстро, как уснул, Вадим и подхватился.

Открыл глаза, присел на кровати - и сразу понял: готов продолжить работу! Что порадовало. Впервые за последние полгода он ощутил в себе сильнейшее желание впрячься в новое дело. И за это свалившейся на него болезни можно сказать спасибо: произошла своего рода перезагрузка, которую он ждал и на которую уже перестал надеяться. Изголодался морально и физически по активному мыслительному процессу и жизненному ритму.

Впрочем, со вчерашнего дня его стали преследовать еще и приступы голода.