Бесконечность любви, бесконечность печали.

Знаешь, собирайся-ка ты домой, - решительно встала она. - Только дай слово: пока грипп не успокоится, ни ногой из Ждановичей!

-      Даю! - обрадовалась Катя. - Не то что ноги, носа не высуну!

-      Хорошо, верю. Больничный я тебе до конца недели оформлю. Как у тебя с работой? Разрешат дома посидеть еще хотя бы недельку?"

"-      Надеюсь. Главный редактор - женщина строгая, но к беременным благоволит. Сама когда-то с трудом выносила ребенка.

-      Это хорошо, что начальница понятливая. Ты где собираешься на учет становиться?

-      Пока не знаю. Не решила.

-      Тогда не торопись.

Я решу, куда лучше, и позвоню. Но если что не так - сразу ко мне. Договорились?

-      Договорились, - кивнула Катя. - Спасибо!..

...Едва проснувшись, Вадим включил ноутбук. На мониторе тут же появилось on-line табло аэропорта Франкфурта: сегодня воздушная гавань работает в штатном режиме. Замурлыкав что-то под нос, Ладышев поспешил в ванную. Чувствовал он себя прекрасно, забастовка у персонала аэропорта закончилась, и уже сегодня можно вернуться в Минск.

За почти три недели он сильно соскучился и по дому, и по работе. Пора давать жизнь новой идее, которая за время лечения обрела форму продуманного бизнес-плана.

Кое-какие пункты, конечно, придется подкорректировать. А еще Ладышев остро нуждался в консультациях компетентных лиц, но это разговоры из разряда «не по телефону» и даже «не по переписке».

Вылететь домой он был готов еще неделю назад, однако многое останавливало. Во-первых, недолеченная болезнь, которая давала о себе знать быстрой утомляемостью и слабостью. Во-вторых, Хильда. Поселив Вадима в опустевшей после смерти супруга квартире, она, казалось, ожила - нашла новый объект для заботы.

Готовила завтраки, обеды и ужины, возила в госпиталь на обследования, процедуры. И всячески противилась отъезду подопечного, находя все новые предлоги.

...Накануне, прекрасно понимая, что ее гость все равно улетит, Хильда использовала последний шанс и настояла на визите к доктору. Рекомендации были ожидаемы: рано еще приступать к работе, желательно пройти реабилитацию, санаторно-курортное лечение, повторное обследование и т.д. Но Вадим к подобным советам остался глух. Вернее, улыбаясь, соглашался с доктором, благодарил и все же твердо заявил: завтра летит домой.

И объяснил почему. Так уж он устроен: лучшее лекарство для него - дело, которое наиболее стимулирует организм к выздоровлению. А расслабленное времяпровождение, напротив, ему только вредит: в голову лезут всякие досадные мысли, заставляют копаться в прошлом, зацикливаться на ошибках. Все это прямой путь к депрессии, а не к исцелению. У него есть свой рецепт, проверенный годами: проснулся, сделал физзарядку, наработался за день до изнеможения, пришел домой, упал в кровать и уснул.