Бесконечность любви, бесконечность печали.
Наталья Николаевна Батракова
- А мир еще теснее, чем мне представлялось... Надо уезжать», - помрачнел он.
В этот момент из стоявшего неподалеку автомобиля выкатился невысокий грузный мужчина и чуть ли не бегом бросился к нему. Вадим опустил стекло.
- Вас Максим прислал? - от быстрой ходьбы лоб мужчины покрылся испариной, лицо походило на перезревший помидор. Плюс- одышка. «Снял бы пиджак. Почти лето на улице», - мысленно пожалел его Ладышев, хотя тип почему-то сразу вызвал неприязнь.
- Вы один? Максим говорил: двоих подошлет. Ну что, пошли? Они в доме: девица и паренек...
- А меня никто не присылал, - сразу понял, кто есть кто, Лады- шев.
«Артем оказался прав: подмога прибыла, - констатировал он. - Поляченко позвонить, что ли?.. Ладно, попробую сам».
Подняв стекло, он покинул салон, посмотрел на подъехавшую машину, к которой, оглядываясь, поспешил неприятный тип, подошел к калитке и позвонил в домофон.
- Это я, Ладышев. Открывай, и побыстрее, - посоветовал он, услышав голос Артема.
Тот сейчас же появился на ступеньках и побежал навстречу.
«С кем-то советуются», - Вадим наблюдал за троицей уже из дома.
Один из молодчиков демонстративно ходил вокруг его машины, другой изучал номерной знак, разговаривая по телефону. Одутловатый тип стоял у калитки, вперившись недобрым взглядом прямо в окно, за которым был Вадим.
Дождавшись, пока Артем запрет входную дверь и подойдет ближе, Ладышев, не оборачиваясь, строго произнес:
- А теперь быстро и по порядку рассказывай, что здесь произошло...
.
..Словно в гипнотическом сне Катя подъехала к 1-й больнице, медленно проследовала вдоль припаркованных по улице Петруся и Бровки машин, но так и не нашла свободного места ни перед женской консультацией, ни перед роддомом.















