Бесконечность любви, бесконечность печали.

Слухи о взбунтовавшихся медиках поползли по министерству, по другим больницам, и, дабы не накалять обстановку в верхах решили пойти навстречу: пенсионеру продлили контракт. Той же ночью он умер - сердце не выдержало...

Воздав усопшему положенные почести, тут же назначили новую заведующую отделением, но опять же не свою - взяли со стороны. Страсти постепенно улеглись, но, как говорят, осадок остался. Как никуда не делась и конфронтация коллектива с начмедом.

К счастью, новая заведующая оказалась человеком принципиальным: на сближение с начальством не шла, могла постоять и за себя, и за подчиненных. Да и профессионалом была отменным, бралась за сложнейшие случаи. При этом установила в коллективе железную дисциплину любимчиков не заводила Поговаривали: у нее в верхах тоже есть рука, однако это уже не имело значения: здесь хотя бы заслуженно человека продвигают.

-      ...Извините, я только что из операционной, - объяснила Огородникова. - Могу присесть?

-      Меня не волнует! - на прежней ноте продолжила Лежнивец, но вовремя спохватилась. - Бардак, да и только! - выдохнула в сердцах и показала на стул. - Присаживайтесь. Разговор предстоит серьезный. Я хочу знать, как и почему здесь оказалась эта женщина, - подвинула она доктору медкарту. - Это первое. Второе: почему вы назначили ей лимитированные препараты? За какие такие заслуги? И третье... Ладно, с третьим подождем... Внимательно вас слушаю.

Ольга Михайловна присела на стул, глянула на фамилию больной: да, такие лекарства назначаются строго по показаниям и проходят процедуру утверждения. В данном случае все соблюдено: завотделением подписала, замначмеда подписал. Оснований достаточно: поздняя беременность, ранний токсикоз. При поступлении анализы Проскуриной оставляли желать лучшего, о чем даже Катя не знала. Все на грани самопроизвольного аборта. Именно поэтому Огородникова и назначила усиленную терапию. Хотелось подстраховаться, чтобы наверняка. И не зря. Состояние стабилизировалось, к концу недели она планирует выписать пациентку.

То есть с медицинской точки зрения все вполне оправдано. Если, конечно, не брать во внимание, что каждая третья беременная в стране нуждается в подобного рода терапии и подобного рода лекарствах. Но что есть, то есть. И в данном случае, понятное дело, порадели своему человечку.

Ради справедливости надо сказать, врач Огородникова такими вольностями не злоупотребляла. И новая заведующая, считая ее опытным специалистом, никогда не подвергала сомнению ее назначения.

И вдруг из-за этого начмед вызвала на ковер. Непонятно.

-      Я слушаю, - ледяным тоном напомнила о себе Лежнивец.

-      Объясняю, Валерия Петровна, - тщательно подбирая слова, тактично начала Огородникова. - Здесь уникальный случай.