Я, мои мужья и их любовницы

Федьке, в силу того, что он еще мал, я специально открыла депозитный счет в банке с вполне приличными годовыми процентами. Надеюсь, когда ему будет восемнадцать, он наберется ума и потратит эти деньги на действительно что-то важное. А моя вредная Степанида, в общем-то, никого, кроме младшенького брата из нашей большой семьи и не признавала. Только под его суровым, прищуренным взглядом она немного усмиряла свой вздорный характер.

— Тогда отдай ее кому-то другому, — не унимался Федя.

— Вот будешь хорошо смотреть за Степанидой, и тебе воздастся, — искушающее проговорила я.

— Ага…

— Федя, Любовь, — строго проговорила мама.

Кивнув, больше не говоря ни слова, я присела на свое место, заставляя всех наполнить бокалы и выпить за прекрасное настроение.

То, что я совершила ошибку, сообщив родным правду так рано, я поняла буквально в тот же день, когда мама не захотела выпускать меня из объятий. Впрочем, следующий день был еще хуже, ведь братья по очереди наведывались ко мне в гости, явно переживая о моем самочувствии.

Так что, махнув на все рукой и написав в семейном чате, что я всех люблю, я укатила покорять новые вершины, а точнее выполнять свои же пункты в списке. Прыжок с парашюта, роуп-джанпинг, скалолазание, рафтинг по реке, флайборд, вейкбординг. И это я еще более доступные развлечения типа «банана» не включала. Да и чего уж, я еще никогда столько не гуляла и не развлекалась.

М-да, только узнав о том, что умираю, я поняла, как круто просто жить."

"Улыбнувшись проходящим рядом людям, я, без зазрения совести, вертела головой рассматривая причудливые конкурсы. Мне сегодня просто несказанно повезло, и я попала на ярмарку в честь какого-то там праздника небольшого городка, название которого я уже и забыла. Признаться честно, я никогда не принимала участия в таких мероприятиях, исключая, конечно, ярмарки в школе.

— Можно мне, пожалуйста, лимонада, — обратилась я к улыбчивому продавцу.

— Конечно…

Отдав деньги и забрав стакан с лимонадом, я вертела головой в разные стороны, думая, куда пойти в первую очередь. Обезболивающие таблетки действовали хорошо, и пусть прошло уже больше двадцати дней, голова не слишком сильно болела, давая мне надежду, что все так и будет.

— Красавица, не проходи мимо… — обратилась ко мне цыганка, указывая на шатер позади себя.

— Что, правду расскажешь? — улыбнулась я в ответ.

— Все расскажу, — кивнула она уверенно, а я повела плечом, решив, в конце концов, почему собственно нет?

— Хорошо.

Зайдя в небольшой шатер, я посмотрела по сторонам, особо не замечая каких-то черепов или прочей атрибутики надежного шарлатана. Все было вполне цивилизованно. Несколько подушек на полу и прозрачный шар, как в Гарри Потере. Даже свечек и тех не было.