Я промазал, опер – нет

Но взгляд ее затуманило страхом, губы изогнулись плаксивой дугой.

– Если меня не убьют, – хлюпнув носом, добавила она.

– Некому убивать. – Я попытался ее утешить.

Но девушка лишь горько усмехнулась.

– Я знаю, ты вчера киллера убил... Но мне кажется, что это еще не все...

– Когда кажется, знаешь, что делать нужно?

– Я серьезно... Не хотела тебе говорить, но скажу. Вчера твою квартиру затопили...

– Ничего, бывает и хуже.

Жаль, конечно, что квартира пострадала, но я не очень расстроился. Главное, чтобы Олеся была жива.

– Могло быть и хуже... Ты сказал мне, чтобы я дверь не открывала. Я и не открыла. А в дверь сильно стучались, женщина какая-то кричала, что мы внизу заливаем... Вода через нас вниз стекала, соседи ругались... Но я дверь не открыла...

– Правильно.

– А если это не соседи были?

– А кто?

– Может, киллер. Может, он специально воду пустил, чтобы я из квартиры высунулась. Он... Или она...

– Почему она?

– Потому что сказка такая есть, мне мама в детстве читала. Петушок, петушок, золотой гребешок, выгляни в окошко, дам тебе горошка... Лиса, она, знаешь ли, женского рода...

– Вот видишь, сама себе сказку придумала.

– А если не сказка?

Я вдруг вспомнил, как вчера, выходя из своей квартиры, услышал звук закрывшейся двери. Я не поленился подняться на верхний этаж, посмотреть, что там произошло... Может, и правда что-то произошло?

Ведь устроился же вчерашний киллер жить в доме, где обосновался Чапа. И его подручный мог поселиться у кого-нибудь их моих соседей, снять комнату для житья. Может, и воду включил, чтобы затопить мою квартиру и вытянуть Олесю из дома... А мог и вовсе пробить брешь в стене, ворваться к ней и поставить кровавую точку в длинной череде убийств.

Мог быть у киллера подручный, мог... Но мог возникнуть еще и другой, независимый от основного вариант. Что, если параллельно одному наемнику в городе действовал другой... Вернее, действует. Если так, то моя девушка по-прежнему в опасности.

– Окно! – вспомнил вдруг я.

Страшная мысль всколыхнула меня, мозг рефлекторно послал сигнал мышцам, и я вскочил с кровати, чтобы своими руками зашторить окно.

– Ты что, с ума сошел? – вскочила на ноги Олеся.

Она попыталась меня остановить, схватив за плечи, но в этот момент послышался звук, с каким лопается стекло, и девушка, глядя на меня застывшим в недоумении взглядом, стала опускаться на пол.

Пуля попала ей в дырочку левого уха, а вышла через правое, вырвав его с куском черепной кости. Я заорал, осознав, что произошло, и вместе с Олесей опустился на пол. И зарыдал как ребенок, лишившийся вдруг матери...