Я промазал, опер – нет
Капитан милиции Петрович, несмотря на свой богатый опыт, не мог припомнить такого криминального беспредела. Черногайск в одночасье захлестнула волна профессионально исполненных убийств. На первый взгляд они никак не были связаны между собой. Но по мере того, как капитан проводил расследование, один за другим начали всплывать любопытные факты. Например, выяснилось, что всех этих людей убрал один и тот же киллер. И что жертвы не так давно ездили на экскурсию в Москву – в составе одной группы...
– Не слушай его, – вымученно улыбнулся я.
– Я уже весь вибрирую, – засмеялся Ветряков. – Пардон, это не я, это телефон...
Он вытащил из кармана мобильник, приложил его к уху.
– Привет... Нормально... Музыка? Так рейд у нас, по злачным местам. Нет, не на всю. Сейчас протокол составим и домой... Отлично! – просиял он. – Лечу!
Он вернул телефон на место и обескураженно посмотрел на меня.
– Вот попал!
– Что такое?
– Да жена вернулась. Внезапно. И с проверкой. Пришла домой, а меня нету! Где я? А я в рейде. И пьяный... Девушка, вы меня не поцелуете?
– Зачем? – без всякого на то желания кокетливо повела она бровью.
– Для полного счастья, – знаком подзывая к себе официантку, с унылым весельем сказал Ветряков. – А то, знаете ли, обидно, когда тебя вешают ни за что.
– Так не бывает, – мотнула головой Лера. – Если вешают, то обязательно за что. Или за шею, или за кое-что другое...
– За это кое-что меня сегодня и повесят. Так хоть поцелуешь меня, виноват буду, и уже не так обидно.
– Может, тебе еще и приват исполнить? – хихикнула девушка.
– Ну, я бы не отказался. Но время, знаешь ли. Бежать нужно.
Капитан собрался оплатить последний заказ без моего участия. Но у меня еще оставалась пара тысяч, и, несмотря на его уговоры, я расстался с ними.
– Ты со мной? – спросил Василий, думая о чем-то своем.
– Куда? К твоей жене?!
– Ну да, ну да... Деньги есть?
– Найдем.
Наличных у меня не осталось, но была еще карточка, а там около двадцати тысяч – все мои сбережения.
– Ну ладно, бывай! Если что, звони, выручим! – сказал он, демонстративно грозно глянув на Леру.
– Все будет хорошо, – совсем в том не уверенный, сказал я."
"Ветряков ушел, и только тогда до меня дошло, что он фактически бросил меня на произвол судьбы. Да, он спросил, поеду ли я с ним. Но я же не мог поехать к нему домой, к его разъяренной, наверное, жене. А он не предложил мне отправиться в гостиницу... Должен был, но не предложил. Может, забыл. А может, нарочно оставил меня здесь, чтобы я впутался в историю... Если так, то никакая жена не приезжала, и не уйдет он дальше машины, где ждет его начальник, пытающийся выловить Хряпова на меня...
Может, это и к лучшему... Мысль о том, что Лера принадлежит Хряпову, действовала мне на нервы. Как бы не вообразить, что ей угрожает смертельная опасность, исходящая от Хряпова... Да и не в Лере дело. Она хоть и очаровала меня, но я не сдамся, потому что у меня есть Олеся, светлая о ней память удержит меня на поводке... Но именно из-за Олеси я могу сорваться, наброситься на Хряпова, чтобы взыскать с него за убитую любовь. И хорошо, если за мной наблюдают рубоповцы. Может, они не станут доводить дело до греха и сразу спасут меня...
– Ну и ладно, – почесал я затылок.
– Что? – спросила Лера.
– Ничего. Я что, вслух что-то сказал?
– Сказал.
– Это я спьяну.

















