Я промазал, опер – нет

– А окно зачем закрыли?

– Вы, кажется, собрались варить кофе. Я бы не отказался...

– Вы думаете, что меня могут убить через окно? – спросила Олеся.

Я видел, как задрожали ее плечи. Да, ей не позавидуешь.

– Не бойтесь, все будет хорошо...

В кармане у меня зазвонил мобильник, девушка встрепенулась так, будто услышала пулеметную очередь со двора. Я поднес трубку к уху и услышал голос Дарьи Борисовны.

– Как там у тебя?

– Здравия желаю, товарищ капитан. Нормально все. Алехина дома, я с ней.

– Живая?

– И даже теплая.

– Ты смотри там!

Мне показалось, что в ее голосе шевельнулись нотки ревности.

Может, всего лишь показалось.

– Что смотри?

– Ничего... Мы скоро подъедем.

– Не надо. Не надо приезжать. И спецназ тоже не нужен.

Упоминание о спецназе предназначалось исключительно для ушей Олеси. Но Бесчетова не уловила в этом элемент игры, которую я повел. Хотя должна была догадаться, что я неспроста пожелал ей здравия.

– Какой спецназ? – удивленно спросила она.

Впрочем, девушка не слышала ее.

– Не нужно ничего. И я сам уже ухожу.

– Почему?

– Потому что Алехиной ничего не угрожает. Если там, в Москве, и было что-то, то она не знает. Ну, может, не было ее тогда.

.. И вообще, нормально у нее все, нечего ей бояться.

– Иван, с тобой все в порядке? – забеспокоилась о моем рассудке Дарья Борисовна.

– Вот я и говорю, что все в порядке. Ничего с ней не случится. А если вдруг что, дверь у нее крепкая, окна зашториваются... В общем, ухожу я, товарищ капитан.

– Иван, мы едем к тебе! – заявила Бесчетова.

Но я не стал ее слушать и вернул трубку в карман.

– Куда вы уходите? – цепко схватив меня за рукав, с безысходным ужасом во взгляде спросила Олеся.

– На Коммунистическую поеду, к Царицыну.

– Его же убили!

– Вот поэтому и поеду.

Эксперты там, следователь, а мне свидетелей опросить надо. И убийцу в розыск объявили, процесс контролировать надо. В общем, работы много.

– А как же я?

– Вам, Олеся, нечего бояться. За что вас убивать, если вы ничего не знаете? Убивают тех, кто много знает.

– А если я знаю!

– Что вы знаете?

Продолжая держать меня за рукав одной рукой, другой она наполнила свой бокал, залпом выпила.

– Знаю... Но я не могу говорить.

– Почему?

– Я слово дала...

– Кому?

– Не знаю... То есть как зовут, не знаю... Он такой страшный... То есть совсем не страшный.

Даже симпатичный. И одет хорошо – костюм черный, галстук, пальто дорогое... Серой пахнет...

– Чем?

– Серой... То есть не он серой пахнул, это я к сигарете потянулась, а Петька спичкой чиркнул. Обычная спичка, серная... Вот и запахло серой... Он сам не курит, но спички у него были...

– Кто не курит?

– Ну, Петька... Он бодибилдингом занимается, вроде как спортсмен... А какой он спортсмен? Федор и старше него, и брюшко у него, а подтянулся десять раз. А Петька всего три раза смог... Мышцы есть, а силы нет...