Я садовником родился

Вдруг, отдавать не захотела? Он ее и того.

- Ты узнай на всякий случай, что за цветы были в букете.

- Да иди ты знаешь, куда со своими цветами?!

- Тише, ребенок засыпает!

- Иди ты, знаешь, куда? – повторил Барышев зловещим шепотом.

На кухню заглянула Александра:

- Пьете?

- Не. Уже закусываем, - подмигнул ей Леонидов. – Хочешь присоединиться?

- Водку пить все равно не буду. Так посижу.

Александра налила себе чаю, разрезала вафельный торт. Потом спросила мужчин:

- Ну, чего замолчали? Продолжайте.

- Саша, что такое гибискус? – невинно спросил Леонидов.

- Кто?!

- Ги…

Александра слегка стукнула его по лбу чайной ложкой:

- Помолчи. Я еще икебану не забыла.

- Все, о цветах больше ни слова, - подвел итог Барышев. – У Леонидова богатая фантазия. Он в душах у людей все поэзию ищет, а там давно одна сплошная проза.

- А ты думаешь, у него самого она там осталась, поэзия? – тихо спросила Александра.

3

Поэзия у Леонидова в душе все-таки осталась, поэтому утром следующего дня он повез семью в гости к матери. С маленькой корыстной целью: уговорить ее в следующие выходные посидеть с детьми. В самом деле, надо внести в семейную жизнь хоть какое-то разнообразие. Хотя бы в театр с женой сходить, или в ресторан. Или в ресторан после театра. Нельзя запирать женщину в четырех стенах и требовать от нее после этого прежней любви и романтики в отношениях.

Обрадованная мать напекла домашних пирогов, накрыла на стол и тут же повела маленькую Ксюшу показывать папины игрушки. Леонидов оставил Сережку с женой в большой комнате и увязался следом.

- Деточка, это папин мишка. Да-да, папин. Ну-ка, скажи: па-пин ми-шка. Смотри, как он рычит: р-р-р… - розовый медведь с оторванным ухом, которого нагнули вниз головой, что-то невнятно хрюкнул, и девочка восторженно запищала. Леонидов позвал:

- Мама!

- Да, Лешенька?

- Тебе с ней не тяжело?

- Отчего же мне с внучкой будет тяжело? Привозили бы почаще.

- Саша считает, что нехорошо тебя так обременять.

- Пожилых людей можно обременить только одиночеством, - вздохнула мать. – Даже если мы жалуемся на трудности, то это только чтобы чувствовать, что мы еще кому-то нужны.

- Тогда посидишь с детьми в следующие выходные? Я жену в театр хочу сводить.

- А твоя-то что скажет?

- Конечно, скажет, что сама со всем справляется, и не хочет никому подкидывать детей. Даже на один день. Но я же вижу, что она устала. Конец зимы – плохое время. Если к однообразной погоде примешивается еще и однообразная жизнь изо дня в день… - Леонидов не договорил, только рукой махнул.

- Смотри сам, Леша, - вздохнула мать. – Ну, что, Ксюшенька, к маме пойдем?

Девочка изо всех сил вцепилась в розового медведя.

- Пускай здесь поиграет, - сказал Алексей. – Пойдем, мама, чаю попьем. Пирогов домашних хочу. Твоих.