Янтарь рассеивает тьму

Мне льстит, что владыка Луны не способен прожить без меня и трех часов. Разве после такого я посмею отказать во встрече?

Люциан чуть не поперхнулся от его наглости. Да как он мог переврать ситуацию!

– Что вы хотели сообщить мне на сей раз? – Морион насмешливо ухмыльнулся, вытирая голову. – Или вы зашли полюбоваться?

– Не льстите себе, достопочтенный бессмертный. – Люциан улыбнулся, глядя на собеседника. Его лицо и тон излучали дружелюбие, но за ними скрывался неприкрытый укор. Чужая наглость его рассердила.

Морион коротко хохотнул, но подтрунивать больше не стал.

Он приглашающим жестом указал на чайный столик и отошел, чтобы убрать полотенце и накинуть одежды.

Люциан кивнул. Он опустился на подушки и глянул на стол, где стояли две чаши и маленький чайник.

– Я могу разлить чай?

Морион натянул черную безрукавку на голое тело.

– Да.

– Ты кого-то ждал? – поинтересовался Люциан, увидев количество чаш.

– Вас. – Морион сел напротив и небрежно зачесал влажные волосы назад.

Люциан проигнорировал это «вас» и сказал:

– У меня есть вопросы касательно техники игры на гуань, которую ты использовал на буйном духе.

Могу я задать их?

– Конечно. – Морион принял чашу с чаем из рук Люциана. – Только не ожидайте, что я стану учить вас играть.

– Я не преследую такой цели, – отмахнулся Люц, хотя в душе грустно вздохнул. Отчасти ему хотелось этому научиться. – Мне интересно, техника влияла только на духа или на всех нас?

– Должным образом музыка воздействовала только на духа и, возможно, на вашего стража, потому что он в тот момент был един с ним. Для вас и ваших товарищей это была просто песня.

Нахмурившись, Люциан опустил глаза на чашу, которую задумчиво потирал указательным пальцем.

После разговора с Эриасом он думал, что все они что-то увидели. Видимо, надо было поговорить об этом еще и с Абрамом и Сетхом, чтобы убедиться.

Морион ожидаемо проявил любопытство:

– Вы что-то видели?

– Почему ты так решил? – Люциан прикинулся дурачком."

"– Вы хмуритесь так, словно в чем-то подозреваете мою песнь, но все, что она делает, – это вызывает видения. Я играл ее для буйного духа, но если вы восприимчивы к темной музыке, возможно, вас она тоже коснулась.

 – Морион пожал плечами. – В нашем мире нет ничего извечного.

Люциан приподнял бровь. Он никогда не думал, что может быть восприимчивым к темной музыке. Хотя как бы он это проверил, если в клане Луны никто не использовал песнь как оружие?

– Я не видел ничего особенного, – расслабленно сказал он. – Не будем об этом. Раз это не было влиянием твоей техники, значит, не стоит придавать видениям большого значения.

– Как скажете, – бросил Морион и поставил локоть на чайный столик, подперев ладонью щеку.