Японский городовой
А я ведь хотел отдохнуть.Трижды «ха»! Стоило мне только расслабиться и тут же объявился мой наставник, который сказал мне ехать в Японию. Марафон государственных заговоров продолжается и теперь в опасности царствующий клан японцев. Традиционалисты поднимают голову и собираются помешать заключению союза Японии и России.Мне же нужно помешать им…
Я передам одной из наших артиллерийских батарей, чтобы они помогли вам справиться с бронетехникой противника.
Иван лишь отдал честь, а затем выбежал из помещения.
— Пока мы справляемся, но как долго мы сможем удерживать позиции? — Спросил Геннадий.
— У нас много техники, имеется артиллерия, боеприпасов различных видов более чем достаточно. К тому же на нас играет здешняя местность и то, что мы первые заняли город. Пока есть чем стрелять нас отсюда не выбить. Будем надеяться, что русские корабли успеют нам на помощь…
Глава 20
— Слушай, Алекс, ты уверен, что так надо было сделать? — Спросил у меня француз.
— Более чем, — ответил я. — Нам же нужна информация? А так её можно добыть быстрее всего. Это я уже молчу, что эта дамочка должна была понести должное наказание. Так что сиди и жди результатов."
"И словно дожидаясь пока я закончу говорить, из помещения рядом с которым мы сидели послышался отчаянный женский крик. Фрэнсиса аж передёрнуло, а я даже бровью не повёл. За последние полчаса сколько этих криков мы уже слышали? К тому же, что касается этой допрашиваемой, то я лишь одобрял самые жестокие методы допроса.
Травить меня решили какими-то специальными феромонами. Дамочка обрызгалась ими по самое не балуй! Что особенно интересно — феромоны эти были сделаны под меня. Для этого им хватило лишь несколько волосков с моей головы, остальное дело химии. Сегодня мадам воспользовалась специальными духами, чтобы я точно среагировал на неё и пошёл за ней туда, куда ей нужно было.
А знаете, как они получили эти несколько волосков? Уборка, мать его, номера.
Дальше мы перебрались в посольство всей нашей компанией и продолжили допрос.
Разумеется, люди из посольства попросили меня передать им эту жрицу любви решившую меня потравить, но я им вежливо отказал и пришлось им уйти ни с чем.

















