Игра без правил

Комбат несколько раз перечитал адрес, накрепко его запоминая, и усмехнулся, заглянув в графу, содержавшую в себе сведения о родителях. ""Папа у нас бизнесмен, а мама домохозяйка, – подумал он. – Крепкая российская семья.""

Захлопнув журнал, он поставил его на место и прикрыл дверцы шкафчика, с огорчением посмотрев на вырванный с мясом замок. Выйдя из учительской, закрыл дверь тем же способом, что и открыл, – с помощью монтировки. Дверная коробка снова завизжала, как живая, и на этот раз Борис Иванович услышал, как где-то внизу, далеко отсюда, проскрежетали по мозаичному полу вестибюля железные ножки отодвигаемого стула.

Затем раздались шаркающие шаги, эхом разносившиеся в гулких пустых коридорах и рекреациях, и Рублев понял, что путь назад отрезан. Сторож, конечно, не представлял для него опасности, но он не собирался воевать с пенсионером, а на то, чтобы убедить бдительного и наверняка весьма принципиального стража не звонить в милицию, потребовалось бы слишком много времени, поскольку прихватить с собой бутылку водки Комбат не догадался.

Бесшумно ступая, он метнулся в конец коридора и вбежал в туалет.

Окно здесь было заперто, и на то, чтобы сдвинуть с места похороненный под несколькими слоями масляной краски шпингалет, потребовалось немало усилий. Разбухшая рама открылась со скрипом и громким дребезжанием. Сторож наверняка был уже в коридоре второго этажа, и эти звуки должны были убедить его в том, что он находится на правильном пути. Конечно, Комбат сомневался, что страдающий от многочисленных болячек пенсионер очертя голову ринется навстречу неведомой опасности, но он знал также, что именно среди пенсионеров встречается множество принципиальных старых вояк, в которых сильно развито чувство долга. Так или иначе, рисковать и медлить не стоило, и Борис Иванович встал обеими ногами на подоконник. Для бывшего десантника высота была пустяковой. На всякий случай вынув из-за пояса монтировку, чтобы ненароком не проткнуть себе живот, он шагнул с карниза.

Полет получился совсем коротким. Пробив навылет крону росшей под окном плакучей ивы, Комбат приземлился на полусогнутые ноги. Ноги сработали как амортизаторы, погасив ускорение, и Комбат мягко упал на бок. Взглянув вверх, он увидел только шелестящий шатер нависающих ветвей, полностью скрывавший его от взгляда сверху.

""Сквозняк, – мысленно сказал он сторожу. – Почему бы тебе не решить, что это просто сквозняк? Все двери закрыты, а рамой хлопнул весенний ветерок.""

Сторож, видимо, внял его увещеваниям, потому что через минуту окно с грохотом захлопнулось. Выждав на всякий случай еще немного, Комбат покинул свое укрытие, прошел вдоль стены и, свернув за угол, уже не скрываясь, направился к тому месту, где оставил машину.