Игра без правил

Взглянув на густой рыжеватый мех, покрывавший низ ее живота и занимавший ненормально много места, Комбат поспешно отвел глаза и стал смотреть на ее партнершу. Та, по крайней мере, радовала глаз чистотой и плавностью линий молодого, стройного тела. Она лежала на боку, повернувшись к двери спиной, и Рублев разглядывал ее до тех пор, пока не понял, что рука ее, прикрывавшая ягодицы, на самом деле сжимает основание какого-то блестящего цилиндрического предмета, издававшего приглушенное жужжание. Тогда он стал смотреть в угол, лишь краем глаза следя за хозяйкой.

"– Тебе чего, мужик? – совершенно пьяным голосом спросила хозяйка. Дотянувшись до туалетного столика, она сгребла стоявшую на нем початую бутылку шампанского и надолго присосалась к горлышку. Вино, пузырясь, стекало по ее щекам и отвисшей дряблой груди. – Трахаться будешь? – поинтересовалась она, утолив наконец жажду и не глядя сунув бутылку на место. – Только, чур! начинать с меня, иначе пошел на хер. Эта молодая шалава и так себе найдет. Ну, чего стал? Давай, снимай штаны-то!

– Обязательно, – сказал Комбат.

– А ты кто такой? – спросила Анна Павловна Горохова. – Может, ты мент?

– Как можно, – обиженно развел руками Рублев.

– Нет? – удивилась хозяйка. Ее сильно качнуло, и она с трудом поймала ускользающее равновесие. – Зря. Я-то думала, что мой барашек наконец допрыгался. Тогда чего ты приперся?

– Мне нужно поговорить с вашим мужем, – терпеливо повторил Рублев. У него появилась надежда узнать все, что его интересовало, без кровопролития.

– Так я же говорю: чего ты сюда приперся? Он же дома почти не бывает, сморчок этот.., импотент вонючий.

– А где он бывает? – вежливо поинтересовался Борис Иванович, видя, что его собеседница норовит заснуть сидя.

– Ой, как ты мне надоел, – капризно сказала она. – Ты почему такой дурак? На работе он, в ""Олимпии"" своей затраханной! Ну, что ты пялишься как баран? Возле ""Пулковской"" это, возле гостиницы! Ну что за деревня? Одно слово – Москва… И до сих пор в штанах.

Ее молодая партнерша вдруг забила ногами и застонала, выгибаясь дугой. Комбат решил было, что ей стало плохо с перепоя, но быстро понял свою ошибку, плюнул и уже собрался уходить, когда за дверью вдруг раздалась серия диких воплей, словно там бесновалась стая сбежавших Из ближайшего обезьянника макак, какой-то топот, звучные шлепки, дверь с грохотом распахнулась, и в комнату перепутанным клубком ввалились два расхлюстанных, сопливых и совершенно одинаковых пацана.