Игра контрастов

Сделав всего один шаг назад, показавшийся ей сейчас размером с бездонную пропасть, Аня закрыла дверь квартиры, потому что видеть и дальше Макса не было никаких сил.

Она поняла, что вновь сидит на полу, только когда спина коснулась металла двери, на которую Аня оперлась, просто развернувшись и съехав по ней вниз. Не было ни рыданий, ни слёз, ни желания кричать и биться в истерике. Была лишь какая-то ужасающая пустота. И Аня не знала, и даже помыслить не могла, что в нескольких сантиметрах от неё находится Макс. Сидящий совсем рядом, за разделяющей их железной дверью. Отчаянно желающий, чтобы она вышла из квартиры, увидела его, и чтобы он не мог сдерживать крик, который разрывал его лёгкие. Крик о том, что всё неправда, что он любит её, что он всё готов сделать, чтобы только ей было хорошо…

Но в душе Ани, как и вокруг неё была только пустота."

"Тебе всего пара с лишним десятков лет, а твоя жизнь кончена. Кто-то, не спрашивая, подвёл под ней черту, ступить за которую нет сил. И перейти её нет ни единой возможности. Это осознание убивает и душит, потом становится всё равно. Всё равно на то, что происходит с твоим существованием, всё равно на то, куда ты идёшь, с кем общаешься, кто и что с тобой делает. Проще всего просто плыть по течению, потому что, несмотря на живое тело, твоя душа мертва. И ты сам позволил её убить, а от этого поганее всего. Я больше ничего не хочу писать здесь, разве что с удовольствием бы написал свой собственный некролог. Я больше ничего не хочу. Ни делать, ни говорить, ни чувствовать. Я сам выбрал этот путь. Черта подведена…

9.2

Роман отошёл от окна и направился в сторону прихожей, чтобы встретить Макса, который должен был приехать по какому-то делу. По телефону сын обозначать проблему отказался, поэтому Роме ничего не оставалось, как ждать и тревожиться. Странно, но именно тревога поселилась в душе, а ведь никаких предпосылок к ней не было.

- Саш, Максим приехал! – крикнул Роман в сторону кухни, где хлопотала его жена.

- Хорошо, у меня всё готово почти, - послышался в ответ приглушённый голос.

Роман распахнул дверь квартиры, не дожидаясь, пока сын позвонит, и сложил руки на груди, опираясь на дверной косяк.

- Бить будешь? – хмыкнул Макс, поднявшийся по лестнице и протягивающий отцу ладонь для рукопожатия. – А то вид у тебя уж больно решительный.

- Ну, лупить тебя ремнём уже поздно, да и надеюсь, ты ничего не успел сотворить, чтобы я тебе порку устраивал, - Роман постарался придать своему голосу беззаботности, но вышло как-то не очень. Он всмотрелся в лицо сына, стараясь, чтобы это выглядело как можно менее заметным. Уставший он какой-то, словно постарел сразу лет на десять. Как давно они не виделись? Пару месяцев, может, чуть больше.