Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

Это было всего лишь напоминание, а вот о реверансе и в самом деле не забудьте!"

"Как и во всех замках, занятых военными, в Ансе суетилось множество людей в форме, отлично дополняя картину во внутренних помещениях, где даже не успели убрать после предыдущего нашествия. Но несмотря на пыль и следы грязи, большой зал, украшенный элегантной резьбой по дереву, с красивой мебелью, обтянутой рубчатым бархатом, сохранял свое величие. Главным его украшением был портрет Людовика XIV, фамильное достояние, потому что король-Солнце сам подарил его Анри де Дампьеру, предку убитого графа, когда вместе с королем Англии Яковом II побывал в замке в 1653 году во время осады Сент-Мену.

Когда барон де Бац и его спутница вошли в зал, герцог Брауншвейгский сидел в кресле с кружкой пива в руке и рассматривал портрет.

— Великий король! — изрек он, не сводя глаз с картины. — Мне очень нравится этот портрет.

— Ваше высочество, разрешите вам представить мисс Адамс, — проговорил де Бац, а Лаура присела в реверансе.

Не вставая с места и не выпуская кружки из рук, герцог оценивающе осмотрел молодую женщину с головы до ног, отметил грациозность ее реверанса и вдруг рассмеялся:

— Им дают хорошее воспитание в этой стране дикарей! Можно поклясться, дорогая моя, что вы обучались искусству реверанса в Версале.

Вы очаровательны. Оставьте нас, барон. Я хочу поговорить с вашей юной подругой.

Не говоря ни слова, де Бац поклонился и вышел. Герцог допил свое пиво, встал и подошел к Лауре. Он не сводил с нее глаз.

— В самом деле очаровательна, — повторил герцог, словно он разговаривал сам с собой. — Что ж, посмотрим, насколько щебет соответствует оперению.

Расскажите мне что-нибудь!

— Что же мне вам рассказать?

— Расскажите мне о себе! Вы первая американка, которую я встречаю. Это редкое удовольствие… И как это приятно вечером после сражения. Как случилось, что вы оказались здесь вместе с эмиссаром французского короля? — куда менее деликатным тоном поинтересовался герцог. — Барон утверждает, что вы оба преданы моему кузену Людовику XVI.

Лаура почувствовала, что герцог совершенно не верит в это и что малейшая ошибка приведет их с де Бацем к провалу, а может быть, и к гибели.

А это никак не пойдет на пользу делу, которому они служили. Она решила ответить дерзостью на дерзость.

— Барон не солгал. Мы верные подданные его величества. Я все объясню чуть позже, а пока позвольте довести до сведения вашего высочества, что девушки из Новой Англии — во всяком случае те из них, кто происходит из хороших семей, — получают такое воспитание, что могут свободно появиться при английском королевском дворе, также как и при любом другом европейском.