Игры в любовь и смерть. Книги 1-3
Могла ли представить шестнадцатилетняя Анна-Лаура де Лодрен, выходя замуж за маркиза де Понталека, самого красивого из придворных короля Людовика XVI, какие жестокие испытания приготовила ей судьба? Если бы в день свадьбы в часовне Версаля ее спросили, какой она представляет свою жизнь, девушка ответила бы: «Счастливой!» Но маркиз де Понталек не принес ей счастья, он по-своему распорядился судьбой своей юной супруги. Анна-Лаура осталась одна перед лицом невзгод, выпавших на ее долю. Помощь друга и новая любовь не только удержали ее на краю пропасти, но и возродили к новой жизни, полной опасностей и захватывающих приключений.Анна-Лаура де Понталек исчезла в вихре бурных событий Французской революции. Все считают ее умершей, но она жива, просто сменила имя. Теперь ее зовут Лаура Адамс. Единственным смыслом жизни этой молодой женщины становится месть бывшему мужу — человеку, который повинен во всех ее несчастьях. Однако Лаура не может оставаться равнодушной к тому, что происходит вокруг. Страдания и гибель королевской семьи, кровавая власть террора заставляют ее вступить в борьбу за попранные идеалы добра и милосердия вместе с человеком, которого она имела неосторожность полюбить...С террором покончено, и во Франции 1794 года наконец-то распахнулись ворота тюрем. Вернувшись в свой родной Сен-Мало в Бретани, Лаура Адамс, она же Анна-Лаура де Понталек, мечтает лишь о новой встрече со своим возлюбленным, бароном де Батцем, из рода д'Артаньянов, потерявшим спасенного им короля Людовика XVII, и о том, как бы вызволить из Тампля последнюю узницу — дочь короля Людовика XVI, казненного на эшафоте. В Париже Конвент доживает последние дни, и игра в любовь и смерть становится как никогда жестокой. После пушек Вальми канонада вандемьера в щепки разносит судьбу Лауры: теперь она одна должна нести на своих плечах груз последней тайны Бурбонов, тайны женщины без имени, которую прозвали графиней Тьмы Содержание:1. Великолепная маркиза (Перевод: Ирина Крупичева)2. Кровавая месса (Перевод: Ирина Крупичева)3. Графиня тьмы (Перевод: С. Хачатурова)
Ленуар замолчал и пошел навстречу старику, которого вел его лакей. Он принял гостя с почтением и уважением, как очень знатного вельможу, несмотря на жалкий вид монаха. Одетому в поношенный оливковый сюртук, черный жилет и коричневые атласные штаны до колен Гийону Бонавентуре было около семидесяти. У него были длинные седые волосы, старая черная треуголка скрывала тонзуру, запавшие щеки избороздили морщины. Но из-под шляпы сверкали удивительно ясные синие глаза. Казалось, монах видит то, что другим недоступно.
Старик, усаживаясь в кресло, посмотрел на барона де Баца.
— Что вы увидели, святой отец? — с огорчением поинтересовался Ленуар.
— Не могу сказать точно, — ответил отец Бонавентура, не сводя глаз с барона, — но над этим дворянином я вижу голубой ореол… Необыкновенный, сияющий голубой ореол… Но в этом сиянии есть что-то роковое! Сударь, вы должны быть готовы к суровым испытаниям, но из-за этого сияний я не могу вам сказать, что именно вас ожидает. Простите меня, возможно, в другой раз я смогу сказать вам больше.
— Непременно загляну, — де Бац почтительно поклонился и улыбнулся. — Но не беспокойтесь обо мне! Я привык смотреть опасности в лицо…
Вернулся лакей и принес поднос с едой, который он поставил перед отцом Бонавентурой, отодвинув документы и письма на заваленном бумагами письменном столе.
— Я вас провожу, — сказал Ленуар. Когда они оказались в вестибюле, бывший глава всей полиции королевства заговорил снова:
— Ваш друг Питу демонстрирует отменную храбрость, но он крайне неосмотрителен.
— Питу ничего не говорил мне об этом, а я должен сознаться, что, не прочел ни одной газеты за последнее время. Как получилось, что Питу скрыл это от меня?
— Он, вне всякого сомнения, полагает, что у вас и без этого достаточно хлопот, несмотря на то, что вы многое готовы взвалить на свои плечи.
— Они об этом знают, не сомневайтесь, — ответил барон. — Могу только одобрить их идею. Если революционеры осмелились судить короля, нам потребуются сторонники, недовольные нынешним режимом.













