Игры в любовь и смерть. Книги 1-3

А в руках людей из Вены она стала бы просто опасной. Но остается еще кое-кто, куда более важный и ценный…

Эбер никак не отреагировал на эти слова. Он спокойно взял хлеб, отрезал большой кусок и принялся за островок сала, плававший в супе. На крестьянский манер он отрезал небольшие кусочки и клал их на хлеб. Аббат не мешал ему есть: старик не сомневался, что «папаша Дюшен» его слышал и теперь обдумывает услышанное. Наконец Эбер с удовлетворением вздохнул,

— Черт побери, как же я был голоден! Так о чем мы говорили?

— О чем могут говорить два уроженца Нормандии, как не о том, что касается их родного края! Мы все не прочь заполучить мальчишку из Тампля, потому что он наш герцог!

— Он был им! — рявкнул Эбер.

 — И больше им не является.

— Как бы не так! Я знаю многих в Нормандии, кто с тобой не согласится. Есть люди, которые думают, что, если бы ребенок оказался у нас, мы стали бы обладателями силы, способной противостоять человеку, которого уже боятся, а скоро будут ненавидеть, потому что у него руки по локоть в крови. Не стоит оставлять ему такого ценного заложника. Диктатор умертвит его рано или поздно, как только решит, что больше в нем не нуждается.

Облокотившись на стол, Эбер ковырял в зубах кончиком ножа. Эту привычку он приобрел, чтобы «слиться с народом», и она безмерно раздражала Робеспьера.

— Так что ты предлагаешь?

— Выкрасть его и увезти к нам.

— Куда это?

Прежде чем ответить, аббат долго всматривался в побледневшее лицо, следя за выражением глаз Эбера. Тот был не просто встревожен — «папаша Дюшен» отлично понимал, что после разоблачений Шабо он рискует головой. Наконец старик решился:

— В Карруж, разумеется. Там его уже ждут. Ты ведь хорошо знаешь замок.

Это внушительное сооружение с запасными выходами. В случае необходимости мальчика можно увезти в другое место, но, думаю, этого не понадобится. Левенер остается мэром Карружа, и все жители на его стороне.

— Но Левенер в тюрьме, он предатель!

— Тебе отлично известно, что это неправда. Он воплощение верности. А из тюрьмы его вытащит Ош, можешь мне поверить! Ему никто не откажет, даже сам Робеспьер. Народ считает Левенера героем, так что генерал скоро вернется домой.

— Допустим… И все-таки я не понимаю, ради чего мне рисковать головой, участвуя во всем этом?

— Я уже объяснил тебе, что ты гораздо больше рискуешь сейчас.

Эбер нахмурился. — И что же я должен делать?

— Вот это другой разговор! Все очень просто: ты можешь, не вызывая ни у кого подозрений, поехать в Алансон, чтобы показать жену и дочку своим сестрам. Там ты узнаешь, что стал владельцем поместья. Ну, а потом… Некоторая сумма поможет тебе увезти твою семью туда, куда пожелаешь, пока другие будут заниматься Робеспьером.

Взгляд Эбера, казалось, пытается проникнуть в душу старого аббата.